Зверь мог заблокировать свой мозг от посягательств кого угодно, но только не отца.
– Покажи мне свой человеческий облик, которым ты пользуешься сейчас, сын мой. Я хочу видеть, правильно ли ты применяешь навыки, которые получил. Я заплатил немалые деньги за твое образование и желаю убедиться, что сделал это не зря, – повелительным тоном произнес Царь Тьмы.
Зверь начал преобразовываться. Длинная кабанья морда втягивалась, разглаживая многочисленные складки. Дубовая кожа цвета смолы светлела, намечая человеческое лицо. Убирая клыки оскала, бугорки рогов и огненный взгляд глаз, он все больше превращался в личность. Сбросив шерсть и копыта, он последним штрихом завершил изменение.
– Что ж, твой образ мне нравится, – произнес отец, разглядывая сына.
Костюм знатного вельможи хорошо сидел на крепкой фигуре воинственной внешности молодого человека. Красота представителя сильного пола стандартов данного времени сразу выделяла его из толпы смертных.
– Ты никогда не спрашивал меня, кто твоя мать, – переходя к делу, начал разговор отец. – Я ценю это. Но сейчас пришло время и хочу, чтобы ты знал, кто она. Твоя мать – женщина из смертных.
Возглас разочарования вырвался из груди Зверя, а горечь исказила его красивое лицо.
– Не ожидал, – обиженно произнес он.
– Я знаю, в царстве тьмы полно красавиц, и ты хотел бы в одной из них увидеть свою мать. Но, к сожалению, чтобы жить своим среди чужих, в тебе должна быть человеческая сущность. Прости.
– Для чего ты рассказал мне это?
– Я думаю, что эта информация поможет тебе в поисках той женщины, у которой имеется шанс понести дитя света. Найди ее. Я должен уничтожить ee.
Конец двадцатого столетия.
– А-а-а-а, папа, бабушка, помогите! Он опять пришел! – накрывшись с головой одеялом, во все горло кричала Аделина.
Ее голос сорвался, перейдя в хриплый шепот, но отец и бабушка уже были рядом.
– Кто здесь? – закричал отец, бегая по комнате в поисках следов вторжения.
Он обследовал все возможные места, куда мог бы спрятаться незваный гость. Но кроме его плачущей на кровати дочки посторонних в комнате не было.
– Он не мог скрыться, – в сердцах произнес отец, – все окна плотно закрыты.
Бабушка присела рядом с внучкой на кровать и обняла ее.
– Успокойся, родная, тут нет никого, тебе померещилось, – старалась она убедить девочку.
Но уверенности в ее голосе напуганный ребенок не чувствовал.
– Что с тобой такое твориться, дочка? Вторую ночь подряд так пугаешь нас с бабушкой, – удивленно развел руками отец.
– Вон он стоит, – прохрипела Аделина, указывая на мужчину.
Отец многозначительно посмотрел на свою мать.
– Не нравится мне все это, – проговорил он, качая головой, – надо ее завтра же врачу показать, может, он найдет объяснение этим странным галлюцинациям.
Бабушка грустно вздохнула.






