– Возможно, слухи о том, что наш отец погряз в долгах, успели долететь до Лондона, к тому же сезон в Лондоне обходится очень дорого. А тетя всегда боготворила своего брата и племянников, так что они знали, она сделает то, что они попросят.
– Какая печальная история. Мне жалко тетю Дафну, но что ее связывает с тем человеком, который говорит, что он мой отец? – спросила Верити.
– Понимаешь, когда они не смогли выдать Дафну замуж за старого герцога, твой дедушка и дяди рассердились и привезли ее назад в Кэррауэй-Корт. Потом они велели мне собрать вещи для нас обеих и сказали, что из-за ее отказа выйти замуж за богатого старика нас отправят жить в самый глухой медвежий угол, который они смогли отыскать. Я собрала все, что успела за то небольшое время, которое они мне дали, и обрадовалась, что мы уезжаем из Корта, потому что отец и братья постоянно упрекали нас, будто в этом доме каждый наш вздох стоит им целое состояние.
Наши вещи погрузили на деревенскую повозку, а нас посадили в почтовую карету и потом высадили на повороте, откуда вела дорога к фермерскому дому, расположенному высоко среди холмов Бодмин-Мура, где не осталось никого из арендаторов, потому что ферма стояла так далеко, что добраться туда можно было, только проехав на пони через торфяные болота. Ближайшие соседи жили в нескольких милях оттуда. Крыша в доме текла в нескольких местах, а ветер с болот завывал так, будто кто-то выпустил на прогулку всех псов ада. Когда наступила осень, а за ней зима, мы постоянно мерзли и часто оставались голодными. Дорога к нашему дому превратилась в узкую тропку, по которой местные крестьяне приносили нам вязанки дров и овощи, которыми могли поделиться. Они проявляли к нам больше доброты, чем наши родные, и, если бы не они, мы могли бы умереть от холода и голода.
– Но почему они отправили туда тебя, мама, ведь это тетя Дафна отказалась выходить за того ужасного старика?
– Потому что Дафна была беременна, – неохотно призналась Хлоя.
– Сколько вам тогда было?
– В конце года нам исполнялось семнадцать.
– Но тогда это ты должна была быть беременной, если я родилась, когда тебе было семнадцать.
– Прости меня, любимая, но твоя настоящая мать – моя сестра, леди Дафна Тиссели.
– Значит, я незаконнорожденная, – отрешенно прошептала Верити.
– Дитя любви, – нежно поправила ее Хлоя.
– Ты обманывала, говоря, что я твоя дочь.
– Сознаюсь, милая, мистера Уитена никогда не существовало. Мне пришлось его выдумать, чтобы мы выглядели респектабельно и чтобы я смогла держать тебя при себе, когда буду работать, чтобы прокормить нас обеих. Я не могла позволить своему отцу забрать тебя после смерти твоей матери, а больше о тебе никто не мог позаботиться.






