Уж на фоне этого треска Денис со своей спутницей двигались неслышными привидениями. Если, конечно, не считать предательского бурчания в животе у кое-кого.
– Что там? – шепотом спросил он у друзей, кивая на заросли впереди.
– Лексей говорит, там крымчаки, – ответил Георгий. – Гонят наших людей в полон.
– По лесу? – удивился Денис и тихо окликнул разведчика: – Лексей.
– Там дальше дорога, – пояснил интендант. – Лексей только предупредил нас, чтобы остереглись, и ушел наблюдать.
Невелики же местные лесочки. И половины дня не прошло, а уже вышли к дороге. А дорог-то как раз следует избегать.
– Что за дорогой? Лес или открытое пространство?
Георгий лишь пожал плечами.
– Ясно. Оставайтесь здесь, а я схожу к Лексею.
– Я тоже пойду, – не пожелал оставаться интендант. – С Василисой Анюта побудет.
– Ладно, – не стал возражать Денис. – Только кусты обходи, а не ломись сквозь них как бульдозер. И не спрашивай меня – как кто? И ты, Нюрка, не спрашивай. Все, пошли.
Попаданец двинулся вперед. За ним молча, если не обращать внимания на громкое сопение, заглушающее треск попавших под ноги сухих веток, шагал интендант.
Через несколько десятков шагов стали слышны голоса и конский топот. Пройдя еще немного, услышали, сливающийся в общий протяжный шорох, шум многочисленных шаркающих шагов.
Теперь двигались гораздо осторожней. Даже Григорий прекратил сопеть, и под его ногами больше не трещали ветки. Когда в просвете меж стволами деревьев стало различимо какое-то движение, то и вовсе опустились на землю и далее следовали где ползком, где на четвереньках.
Из-за куста шиповника, мимо которого проползал Денис, находясь уже в придорожных зарослях, что-то зашипело, и он испуганно шарахнулся в сторону, чуть не вскочив во весь рост от неожиданности.
– Тьфу ты, черт, – еле слышно выругался он, увидев делающего какие-то знаки Лексея. Если бы можно было говорить, то он сейчас рассказал бы этому лешему, что такое инфаркт миокарда.
Раздвинув ветки густого кустарника, покрытые круглыми листочками до самой земли, взглянул на дорогу. Та проходила от кустов метрах в двадцати. Пыля по успевшей уже просохнуть дороге, двигалась колонна пленных. Судя по одежде, большей частью угоняемые были крестьянами. Но попадались и военные. Все связаны общей веревкой, накинутой петлями на руки. Шли сгорбившись и втянув голову в плечи, ежеминутно ожидая удара татарской нагайки. Крымчаки сновали на лошадях вдоль колонны, покрикивая что-то на своем языке, и хлестали пленников не столько для ускорения хода, сколько для профилактики, вбивая в них рабскую обреченность.
– Только мужиков гонят, – шепотом прокомментировал увиденное Денис.






