ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он не хотел отдать воинский долг Отечеству и решил обмануть Судьбу. Но долг мужчины – это его судьба. А от судьбы не убежишь. А если попытаешься, то она догонит и подарит двадцать два дня в другом мир... Рекрут Роман Галкин Пролог – Черт, черт, черт! Блин, блин, блин! Что же делать?! Что же дела-ать?!! Денис мерил шагами комнату, пытаясь найти выход из сложившейся тупиковой ситуации. Шесть лет он успешно косил от армии. Сперва отец, когда еще был живой, давал взятки кому-то из военкомата, потом действовала отсрочка на учебу в институте. Денис уже и думать забыл об этой милитаристской угрозе. В прошлом году успешно закончил институт, устроился на хорошую работу. Жизнь налаживалась. Правда, осенью приходила повестка из военкомата, но Денис ее игнорировал. И ничего, никакой реакции из комиссариата не последовало. Поэтому, обнаружив в конце апреля в почтовом ящике новое послание из военкомата, парень со спокойной душой порвал его на мелкие клочки и рассеял их по порожкам, поднимаясь на третий этаж. Последние дни все мысли занимала Алена Пришвина, дочь владельца фирмы, в которой он работал. Она работала там же офис-менеджером. Красавицей не была, но и уродиной тоже не являлась, фигурка вполне ничего. Денис почти полгода не обращал на нее внимания, пока один из сотрудников не намекнул шутя, что девка, мол, сохнет по нему, глаз с него не сводит. Денис поначалу отмахнулся, типа, да нафиг она нужна, но потом задумался. Ему уже двадцать пять. В принципе, для мужчины это еще далеко не крайний возраст, чтобы заводить семью. Но вот подфартит ли стать зятем владельца пусть и небольшой, но довольно успешной фирмы, с перспективой однажды занять его место… Впрочем, подобная перспектива и сейчас была довольно туманной и основывалась лишь на намеках коллеги. Но парень знал, как обращаться с девушками, и уж такую-то клушу, как Алена, окрутит без напряга. Сказано – сделано. Через две неде

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Денис передернул плечами – до того жутко было смотреть на разворачивающееся в предрассветных сумерках действо.

– Вставай, неча тут, – пнул кого-то притаившегося, будто бы не проснувшегося, Георгий и, подняв халявщика, двинулся следом, закинув за спину ружье и оголив саблю.

– Погоди, – ухватил его за ружье попаданец. Одетый в турецкий кафтан товарищ навел на некую своевременную мысль. – Раздевайся скорее.

– Чего? – не понял ошарашенный интендант, изумленно глядя, как Денис лихорадочно распутывает на себе сбрую, увязанную под руководством разведчика. Возможно, в голове толстяка мелькнули воспоминания, как давеча голая Нюрка отвлекала турок, но не собрался же Денис…

– Кафтан турецкий скидывай, – объяснил свои действия тот и, кивнув на уже навалившуюся на сонных крымчаков массу, добавил: – Они разбираться не будут – кто мы такие. Увидят турецкие кафтаны и разорвут, как свинья фуфайку.

– Кафтаны порвут? – все еще не врубился интендант.

– Нас порвут, не вынимая из кафтанов, – раздраженно ответил парень. – Раздевайся быстрее!

Объясняя перспективу попасть под горячую руку разъяренной толпы, одновременно наблюдал за происходящим вокруг. Пленные уже набросились на своих конвоиров. Несколько всполошных криков будто бы захлебнулись в накатившей волне. Отовсюду слышались глухие удары, хрип и даже рычание. В той стороне, откуда приполз сам, Денис увидел темную фигуру, вздымающую над головой и резко опускающую прикладом вниз ружье. Похоже, солдат решил не нарушать тишину (если этот шумовой фон можно назвать тишиной) звуками выстрелов и крошил чей-то череп прикладом.

Истошный женский визг разнесся над побоищем петушиным криком. В ответ заверещали еще несколько женских голосов. Схватка сразу наполнилась звуками. Теперь уже кричали все – и татары, и их бывшие пленники.

В основной массе беспечные воины степи так и не успели проснуться, и были задушены либо прирезаны собственными клинками в сонном виде. Однако те, кто избежал такой участи, теперь яростно сопротивлялись, ловко отмахиваясь саблями от наседавших мужиков. Хоть полоняне и похватали в руки кто трофейные сабли, кто просто какие-то жердины, но одолеть крымчаков, родившихся в седле и с саблей, не могли даже при десятикратном перевесе.

– Стрельни-ка вон в ту мясорубку, – указал Денис на здоровенного татарина, забравшегося на повозку и ловко отбивающегося от наседавших.

Георгий как раз только скинул кафтан и, подняв ружье, прицелился. Однако, вероятно усомнившись в своих снайперских способностях, прошел пару десятков шагов в направлении мечущейся по повозке цели, снова прицелился и выстрелил. Крымчак слетел, сбив с ног парочку тыкавших в него жердинами мужиков.

Слева грохнул еще один выстрел.