ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Паскаль Лене (род. в 1942 г.) — один из самых ярких французских писателей XX века, получивший всемирную известность, обладатель многочисленных литературных премий, в том числе премии Медичи (1971) и Г... Неуловимая Паскаль Лэне …Она подошла ко мне, приняв меня за кого-то другого. Уже тогда… за кого-то другого… Это случилось в театре. Освещена была только сцена. Шла репетиция пьесы Мариво, сейчас уже не помню, какой. Режиссер был моим другом, и после репетиции мы собирались вместе поужинать. Я пришел слишком рано и сел где-то в середине зала, чтобы не мешать. Она приблизилась ко мне, шепча чье-то имя, отнюдь не мое. Потом поняла свою ошибку и хотела было уйти, но я удержал ее. Мы стали перешептываться с ней, дожидаясь, когда отзвучат — там, в пыльном свете сцены без декораций, на пустом сером помосте, вызывающем ассоциации с наготой старухи, — уже бесконечно далекие от меня отрывки из Мариво. Она была актрисой. И тоже, как и я, дружила с режиссером. Нет, она не собиралась играть в этой пьесе Мариво, она репетировала сейчас совсем другую пьесу. В полумраке, в подобии лунного света, исходившего от далекой сцены, ее лицо было прекрасно. Я увидел ее опять через несколько недель. Под ярким светом прожекторов она показалась мне еще более красивой. Она играла. Она светилась от счастья, которое ей доставляла игра, и это было заметно даже под слоем грима. Она сияла, озаренная живущей в ней грезой, бесконечно более реальной, чем произносимый ею текст. И, как поется в песнях, мы полюбили друг друга. Мы стали жить вместе. А в один прекрасный день она ушла, словно прервала, словно не закончила фразу. Я так никогда и не узнаю, что она собиралась, может быть, сказать. По сути, я ничего о ней не знаю. У нее были зеленые глаза, мягкость которых тебя вопрошала безмолвно, не смея спрашивать. А волосы были темными. Она постоянно задавалась вопросом, как же их причесывать. И как-то раз она

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Больше я ничего не успел рассмотреть: ты повела меня в свою гримерную, расположенную в одном из школьных классов, где мы и заперлись, подтащив стол к двери. Мы занимались любовью под геологической картой Франции. Я слышал, как твои товарищи ходят по коридору. Ты со смехом сообщила мне, что делишь эту гримерную с двумя другими девушками, но что предупредила их о моем приезде; можно не опасаться — никто не войдет.

Ты снова была счастлива, и ты меня пригласила, ты выбрала меня, чтобы я был твоим спутником на это время. Ты боялась, что я больше не захочу? Но разве же ты не знаешь о том, что я навсегда останусь свидетелем твоей жизни, твоим зеркалом — даже когда ты снова меня покинешь, даже когда покинешь безвозвратно? Разве ты не знаешь, что я буду там же, где и ты, как бы далеко ты ни уехала, и что именно во мне ты будешь отражаться снова и снова — всегда?

Понимаешь ли ты, что эта книга — уже больше, чем просто обещание?

На ней было белое батистовое платье с бретельками-воланами. Она срезала садовые розы, и составление букета настолько поглотило ее внимание, что не услышала, как я приблизился к ней. На ее позолоченных солнцем плечах колыхалась тень вишневого дерева. Я замер, созерцая эту листву, ласкающую ее загорелое тело. Из-за этого эффекта прозрачности, создаваемого игрой света и тени от заходящего солнца, она казалась мне обнаженной.

После двухмесячного отсутствия мне ее, наконец, вернули!

ЖЕНСКИЙ АЛЬБОМ

РИПОЛ

КЛАССИК