Она никогда ничего не боялась, и этот внезапный страх тревожил его.
«Это скоро пройдет, — сказал он себе. — В таком положении все женщины излишне впечатлительны, а тут еще резкие слова, сказанные матерью…»
— Дорогая, — с чувством ответил шейх, — дарить тебе любовь счастье для меня.
Он начал медленно ее раздевать, не спеша расстегивая каждую пуговку, каждый крючок, пока платье не упало на пол. Его жаркие поцелуи покрывали ее обнаженные плечи, шею, грудь…
— Запах твоей кожи восхитителен, — шепнул он. — Она пахнет солнцем и теплым дождем, бархатной марокканской ночью и лунным светом… всем тем, что я так люблю!
И снова его слова проникали в сердце и мозг, возбуждая не меньше прикосновений. Дыхание Зары участилось, пальцы впились в его плечи, глаза закрылись, а с губ сорвался легкий стон.
— Ты лучше всех на свете, — срывающимся шепотом ответила она. — Мне никогда не встретить другого мужчину, похожего на тебя.
— Другого мужчину? — удивился Джамал. — Да уж, лучше не надо, для его же блага.
Он страстно поцеловал ее в губы, и Заре показалось, что весь окружающий мир растворился, остались только они двое.
Его руки скользили по ее спине, гладили ягодицы и бедра, будя в ней желание. Она и не заметила, как оказалась на постели. Джамал широко раздвинул ей ноги и прикоснулся подрагивающим кончиком языка к животу, несколько раз обвел пупок, затем стал двигаться ниже. По венам Зары пробежала волна жидкого огня, воспламеняя все тело, гася сознание, заставляя прислушиваться лишь к тому, что происходит там, в той волшебной точке, которая, казалось, начинала разрастаться все шире и шире, заполняя собой весь мир, заслоняя его… Ее тело начало импульсивно подрагивать, а готовый сорваться с губ стон превратился в крик острого наслаждения.
— О Аллах, помоги мне! Я умираю!
— Нет, дорогая. Смерть не так сладка, это подлинное счастье, которое может дать только любовь.
Судороги первого экстаза еще не утихли, а Джамал медленно опустился на нее, стараясь двигаться как можно осторожнее. Она раздвинула ноги еще шире, желая принять его как можно глубже; по телу прокатилась новая, еще более мощная волна желания, хотя это и казалось уже невозможным.
Они вместе подошли к сладостному концу и вместе испытали небывалый взрыв наслаждения.
Земля разверзлась; небо с треском лопнуло, рассыпая звезды и на нем засияли тысячи солнц.
Прошло немало времени, прежде чем они смогли заговорить.
— Как ты себя чувствуешь? — еще не совсем отдышавшись, спросил Джамал. — Я не сделал тебе больно?
— О, такую боль я готова испытывать всегда…
— Ну уж нет, нам надо быть осторожнее, чтобы не повредить малышу. Постарайся хоть немного поспать.
— Мне будет спокойнее, если ты ляжешь со мной. Я не хочу отпускать тебя… так скоро.






