ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кто-то мечтает получить новую жизнь и начать её по-другому, однако в реальности не все этого хотят. Именно таким и был главный герой этой истории Александр Поляков, однако Судьба решила всё за него... Сашка Владимир Геннадьевич Поселягин Казалось бы, обычный случай для попаданца, ночные воды реки, удары волн о борта белоснежного катера, удочка, шум квока, натянутая сомом крупная леска и внезапно удар грома и вспышка молнии в чистом звёздном небе, сводящие на нет радость добычи, которую уже удалось подтянуть к борту. Природа бушует или кто-то там на небе свои божественные игры устраивает? С учётом того что на небе ни облачка, иначе бы звёзд не увидел, второе как-то само приходит на ум, не смотря на закостенелый атеизм. – Не понял, откуда гром? – удивился мой помощник, а так же старший по техобеспечению моего же яхт-клуба. В прошлом боцман на разных судах, выйдя на пенсию, старик устроился в моём клубе и взял на себя всю техническую оснастку. Я ни разу не пожалел что взял Пахомыча на работу, вот только он был чисто гражданским специалистом. На флоте срочником служил, но на транспорте, видимо слышать такие громы ему не приходилось, в отличие от меня. – Это не гром, – ответил я, разгибаясь, но крепко удерживая леску, намотав её на бортовой фланец, чтобы не резала руки от рывков сома. – Ты что, никогда артиллерийскую канонаду не слышал? – Так это учения идут? – Тут нет полигонов. Странно всё. Может склад загорелся и боезапас рвётся? Так зарево было бы видно. До Москвы километров сорок, никто тут стрелять не будет. Случилось, похоже, что-то. – О, там зарево, похоже, действительно склады горят. Я рассмотрел в темноте движение, Пахомыч указывал направление, как вдруг послышался свист и рядом метрах в ста в воду ухнул снаряд. А в небе две новые вспышки, похоже, ещё два снаряда разорвалось. Причём тот, что разорвался о воду, вызвав неслабый гейзер, чего просто не могло быть. На

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы нашли тёмно-синий с рисунком на лацканах строгий женский костюм, низ у юбки чуть выше колен, белой сорочки и жакета, что-то вроде пиджачка. Смотрелось на Тане изумительно, как будто под неё шили. Взяли его. Потом купили три разных платья, во всех можно ходить и по городу, вполне нарядные и лёгкие, летние. Взяли так же обувь, а то Таня у мамы последнюю нормальную пару туфель забрала. Надо вернуть. Три пары взяли, разных. Сумочку женскую, потом и к белью перешли, тут розовея та сама отбирала, я чуть в стороне стоял с чемоданом. Мы все покупки туда складывали. Дело деликатное, но Таня и сама справилась.

Потом был переезд. Прожили мы в комнате почти шесть дней. Бланк на получение койко-места Таня уже получила, но тут комендантша решает, кого куда поселить, так что я купил большой торт в бумажной коробке, свежий, Таня так и облизывалась, ходила как кошка вокруг него, и с этим гостинцем зашёл к комендантше. В общежитии был бардак, много народу вселялась, так что та была не в настроении, однако мне удалось её разговорить, и та выдала Тане ключ от двухместной комнаты. Маленькая, но тёплая и на два человека. Ранее тут жили две студентки, которые выпустились в этом году. Выпуск был раньше чем обычно. У Института было несколько общежитий, новый корпус отстроенный не давно, кирпичный в три этажа и пара деревянных двухэтажных, вот в один такой Таню и заселили на втором этаже.

Мы осмотрели комнату, соседки пока не было, не заселили ни кого, получили постельное бельё и всё что полагается, и уже направились за Таниными вещами. В два захода всё принесли, но перенесли. Я пока буду жить на снятой комнате. Доплатил ещё на неделю, а Таня пусть уже на своём месте устраиваться, ей тут долго жить. В самой комнате немного аскетичная обстановка, две панцирные кровати, между ними у окна стол, два стула, и новенький шкаф. У входа вешалка. Вот и всё.

Дальше Таня получила паспорт, с уже временной пропиской в нём, и мы направились в районную больницу, где главврач побеседовал с сестрёнкой и согласился её пока взять санитаркой. В хирургическое отделение в ночную смену. Смены через каждые два дня. Завтра первый рабочий день, вернее ночь. Вот так по-тихому я и помогал Тане освоиться в крупном городе, столице Советского Союза. Та робела, но понемногу осваивалась, я водил её по выставкам, по кинотеатрам, пару раз в театры ходили для ознакомления. В метро спускались, это обязательно. Страшно ей было, но ничего, тоже постепенно привыкать стала. Из деревенской простой девушки та постепенно становилась городской. Таня удивлялась, откуда у меня это всё, но училась охотно, постепенно осваиваясь, и уже всё меньше со стороны напоминала так называемую дерёвню. Я учил её правильно ходить, правильно одеваться и даже говорить.