Она предпочитала не отходить от него и держать за руку.
Комбинезоны оказались тяжелыми и неудобными, но беглецы были им рады. Камни вокруг сверкали от влаги, а в воздухе нестерпимо воняло падалью.
— Как далеко нам идти?
Сонека достал локатор и протянул Джону.
Грамматикус взял устройство и включил его. Некоторое время он смотрел на дисплей, медленно поворачиваясь.
— Два часа, может, три, — наконец ответил он. — Двигаемся на запад.
Сонека глянул на дисплей.
— Ты знаешь, куда идешь, да?
— Примерно. Имперские силы будут сосредоточены на Дрожащих Холмах.
— Почему?
— Потому что там — место привала, и они считают, что там находится и Кабал.
— А это не так? — спросил Сонека.
Грамматикус рассмеялся.
— Пето, Кабал так же осторожен, как и Астартес. Они прекрасно осведомлены о склонности людей сначала стрелять, а потом разбираться, особенно когда дело касается ксеносов. Они не покажутся, пока не будут уверены, что Легион Альфа здесь не за тем, чтобы уничтожить их. Ты бы стал открыто ждать неизвестных, намерения которых неясны?
— Ну, вообще-то, нет, — признал Сонека.
По скалам они спустились на ряд кубических блоков. На всем пути Джон помогал Рахсане. Время от времени он ментально тянулся к ее разуму в попытке проследить за ее состоянием, но безуспешно. Все, что он нашел, — буря эмоций, шум и паника.
— Значит, Кабал держится в стороне? — уточнил Сонека.
Джон обернулся к нему.
— Место привала — всего лишь инертная структура, ряд обработанных платформ, способных выдержать массу корабля Кабала, когда он приземлится. Альфарий показал нам данные сканирования, и корабля на них не было — небольшая логическая неувязка, которую он, кажется, не заметил.
— И?..
— Альфарию следовало меня послушать, — сказал Грамматикус. — Он должен был прибыть сюда вместе со мной, вместо того чтобы высаживать здесь экспедицию. Я — пропуск, Пето. Я устанавливаю контакт, представляю стороны друг другу и убеждаюсь, что обе они чувствуют себя комфортно и мирно беседуют. Предполагалось, что так и будет.
— Но Альфарий слишком осторожен? — предположил Сонека.
— Именно. Ему не нравится неизвестное. Если он чего-то не знает, значит, он этому не доверяет. Он любит все контролировать.
Они поднялись на склон сквозь облака пара.
— С другой стороны, Кабал очень осмотрителен, когда дело касается людей, — добавил Джон. — Боюсь, у них сложилось плохое мнение о человечестве.
— Почему?
— Человечество — молодая раса, мы варвары в глазах других цивилизаций, но энергичные и вполне успешные. Люди заселяют Галактику и делают это быстрее любой другой расы. Они процветают, подобно сорнякам, и во всем находят собственную выгоду. Кабал был вынужден признать, что человечество — серьезный игрок на галактической сцене.






