Сумчатый волк с Тапробана был истребленным видом, восстановленным по ДНК в Эпоху Объединения. Питомца Наматжиры звали Серендин. Серендин положил голову на землю и скучающим взглядом посмотрел на палящее солнце.
По правую руку от Наматжиры стоял генерал-майор Дев, облаченный в бронзовый доспех и серебряный шлем. Он придерживал рукой меч с длинной рукоятью, Рядом стоял лорд Вильд из Шестого Потока Полумесяца Синда, его платиновые доспехи были покрыты изумрудами и рубинами. Его аугметические глаза пылали зелеными огнями в прорезях керамической маски. Он сам держал штандарт своего полка, закрепленный ни четырехметровом золоченом шесте, увенчанном бриллиантовой волной с золотым гребнем, символизирующей Понт Эвксинский. Третьим после лорда-командира стоял генерал Карш из Шипов Реньо, его хромированная ритуальная броня была так густо утыкана шипами и крюками, что он больше напоминал смертоносного иглобрюха, нежели генерала Имперской Армии.
Слева от Наматжиры стоял низкорослый Хедив Исмаил Шерард из Аутремаров, на нем была серая роба, а голову венчал титановый обруч. Его рост был обратно пропорционален его влиянию в Имперской Армии и на самой Терре. Хотя экспедиции Наматжиры Аутремары предоставили всего лишь пять тысяч солдат, они являлись основой Имперской Армии, составляя семь процентов от общего числа войск.
Аутремары служили почти во всех экспедициях, прославившись своей дисциплиной и тактическими талантами. Великий Хедив, дядя Шерарда, был одним из личных советников Императора. Шерард стоял на небольшом гравитационном диске, парящем в полуметре от земли. Края его робы держали слуги, растянув их так, что они стали похожи на крылья летучей мыши.
Рядом стояла Шри Ведт, уксор-примус Гено пять-два. Ее сопровождали тринадцать лучших уксоров, включая Хонен My и Рахсану Саид.
Сорок сервиторов прикрывали командиров опахалами от жаркого солнца.
Трансатмосферный корабль появился внезапно и приземлился в конце живого коридора из солдат. Барабаны и горны смолкли. Если не учитывать крик Мон-Ло и шелест опахал, воцарилась абсолютная тишина.
Корабль выдвинул трап, по которому сошел один-единственный человек.
Наматжира кивнул, и все солдаты Имперской Армии упали на колени. Флаги и знамена немного опустились.
Одинокая фигура приближалась. Воин был облачен в окантованные серебром фиолетовые доспехи и ростом превышал любого из присутствующих.
Астартес потребовалось почти восемь минут, чтобы дойти до Наматжиры. За это время, растянувшееся на целую вечность, двигались лишь развевающиеся знамена и сам десантник.
Астартес остановился, не дойдя до лорда-командира десяти метров. Он медленно снял левую перчатку и положил ее на раскаленный песок.






