ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В первый том собрания сочинений Ильи Кормильцева (1959–2007) вошел полный корпус поэтических текстов, включая текстовки для известных рок-групп. Поэзия Илья Валерьевич Кормильцев © Кормильцев И. В. (наследники), тексты, 1974–2007 © Авторы статей и комментариев, 2017 © Кабинетный ученый, 2017 * * * Впрочем, я предпочитаю думать, что Кормильцев не умер, а улетел в Перу и теперь живет там. Он всегда этого хотел, говорил, что лучший алкалоид — листья коки, они не изменяют сознание, а снимают страх. На похоронах в гробу лежала какая-то желтая кукла, небрежно сделанная, совершенно на Кормильцева не похожая. И многие переглядывались таинственно, слишком таинственно. Я не был в эту тайну посвящен, меня, видимо, не сочли достойным. Эта мысль ужасна, но все-таки менее ужасна, чем смерть Кормильцева. Поэтому я и до сих пор думаю, что он там и что мы с ним там увидимся. Я ведь по его совету тоже стал ездить в Перу и снимать там страх, который, впрочем, и так ослабел с годами. 2 Кормильцев был великим поэтом — если принимать это как термин, без придыхания и пафоса: великим поэтом называется тот, чьи слова ушли в народ, разошлись на цитаты и стали обозначать новые состояния, для которых раньше не было термина. Это могут быть принципиально новые состояния, которые появились вследствие технических или медикаментозных новшеств, а могут быть эмоции, которых раньше не замечали. Скажем, «Такое ощущение, словно мы собираем машину, которая всех нас раздавит», — ощущение человека специфической переломной эпохи, но переломные эпохи бывали и до Кормильцева, а формулы такой до него не было. Подчеркиваю: говоря о цитатах, ушедших в народ, я не имею в виду газетные заголовки, лозунги, иные формы внедрения поэтического слова в массы. Но Маяковский и Окуджава, например, все равно великие поэты, хотя тысячи статей назывались словами «Читайте, завидуйте: я гражданин…» или «Каждый пишет, как он дышит

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Стоп-кадр»

Текст для песни группы «Урфин Джюс». Песня упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г. Была записана для альбома «Жизнь в стиле heavy metal» (1984), но по настоянию Кормильцева, в окончательную версию альбома не попала.

«Прокрустово ложе»

Текст для нереализованной песни группы «Урфин Джюс» (упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г.).

«Хорошие фильмы»

Текст для нереализованной песни группы «Урфин Джюс» (упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г.).

«Кого разбудит эта песня»

Текст для нереализованной песни группы «Урфин Джюс» (упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г.).

«Наблюдатель»

Текст для нереализованной песни группы «Урфин Джюс» (упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г.).

«Коллекционер»

Текст для нереализованной песни группы «Урфин Джюс» (упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г.). В процессе работы текст претерпел значительные изменения.

«Рикки-Тикки-Тави»

Текст для нереализованной песни группы «Урфин Джюс» (упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г.). Песню планировали включить в четвертый альбом «Урфина Джюса», который так и не был записан.

«Эрекция»

Текст для нереализованной песни группы «Урфин Джюс» (упоминается в плане совместной работы Пантыкина и Кормильцева на 2-ю половину 1983 г.).

«Угоден всем, но не себе»

Сохранилась рукопись, датированная 19 сентября 1983 г.

«Я и мой друг»

Первая публикация: И. Кормильцев, «Скованные одной цепью», Москва, 1990.

«Этой ночью машины в гараж не вернутся назад»

Сохранилась рукопись стихотворения, датированная 1 января 1984 г.

«Автоэпитафия»

Сохранились две рукописи стихотворения, датированные 5 и 6 января 1984 г.

«Кто я»

Текст песни группы «Наутилус Помпилиус». Вячеслав Бутусов вспоминает: «Илья сначала давал нам литературные экзерсисы, которые он писал для себя. Он дал нам такой совершенно конструктивистский текст, который был вне всяких размеров, понятно было, что из него так просто песню сделать было невозможно. Нельзя сказать, что получился рэп, такого в те времена понятия не было, просто человек декламирует, с утрированными интонациями. Илье понравилось, что мы так, по-архитектурному, подошли к этому тексту. Его потрясло, что мы с пиететом к нему отнеслись, ни буковки не попросили убрать. Илью это зацепило, и мы легко договорились: он дает нам тексты в свободной стилистике, а мы не диктуем, о чем должна быть песня, в каком размере, в каком темпе и так далее!» Записана для альбома «Невидимка». Первое исполнение 1 июня 1986 г. на концерте в Челябинске.