Еще совсем недавно, в прошлом году, они с хазратом сидели на этом айване! Было лето…
Вдруг вороны, кружившие над ямой с зерном, взбалмошно, с хриплым криком разлетелись в разные стороны. Винтовочные выстрелы грянули с вершины Ялангтага.
С тополей посыпался снег.
Курбан глянул в сторону ямы, где метались люди. Одни прыгали в яму, другие, прячась за камни, старались добраться до винтовок. Двое парней из продотряда застыли на снегу.
На вершине Ялангтага призраками мелькнули темные силуэты.
Виктор уже подчинил своей воле бойцов, по его команде они палили из винтовок в сторону, откуда прозвучали выстрелы.
Курбан взял винтовку и укрылся за валуном, но стрелять ему не пришлось. Стрельба прекратилась. В кого стрелять? Зачем зря жечь патроны? Отпугнули и ладно.
Виктор решил возвращаться в Байсун.
Бойцы перешли сай, помогли продотряду погрузить оставшиеся мешки на арбу, положили сверху тела погибших и тронулись в обратный путь.
Виктор, Курбан и Эшнияз ехали рядом.
— С той стороны невозможно подняться на вершину! — возмущался Эшнияз. — Знаю! Видел! На каждом шагу разломы. Боковая стена растрескалась, как сухая земля. Охотник, если у него башка, а не тыква, даже летом обходит стороной это проклятое место!
— Тогда, выходит, они поднялись отсюда?
— Отсюда?.. Но где следы?
— Да что они — с неба спустились?!
— Если спустились… Уважаемый командир, мулла читает то, что знает! Я говорю то, что видел!
— С этим… Суяром надо поговорить! — сказал хмуро Виктор.
Курбан тревожно подумал: «Неужто заманили… с ним договорились? А кто поручится, что в Байсуне нет затаившихся басмачей? — Он бросил испытующий взгляд на Эшнияза. — Сегодня на рассвете он побывал здесь. Но сейчас усомниться в этом парне…»
— Почему сразу не обошли гору? — рассвирепел Арсланов, выслушав доклад.
Эшнияз взорвался.
— Вы сами не видели! Человек там подняться не может! Я сам… После Караултепе предложил пойти на Чунтак. Вы же сказали «надо заехать в штаб». Правильно?
— Не горячись! Чего орешь? — оборвал его Виктор. — Все это правда. Надо с полным эскадроном пойти.
— После Тирсактага дорога далеко обходит Ялангтаг, — поддержал Виктора Курбан. — Спускаться прямо к Чунтаку!.. Эскадрон надо усилить.
— Чунтак — кишлак?
— Ну да.
— Надо подумать…
На айване, где жили бекские слуги, лежали убитые. Полковой врач Янсон осматривал трупы. Ему помогал Суюн Пинхас. Пинхас — байсунский богач, хотя он был ростовщиком, он считался знающим табибом.
Хоронили погибших неподалеку от холмиков земли, чернеющей на снегу, местные жители.
Алимджан Арсланов сказал, обращаясь ко всем, кто замер вокруг в скорбном молчании:
— Эти русские парни пришли к нам, чтобы помочь установить народную власть. Они погибли на нашей земле! Они пришли, чтобы дать хлеб голодным.






