Сердце дрогнуло. А если что-то пойдет не так? Если Стаса тоже побьют?
– Будь осторожен.
На миг все кругом затихло. Время будто замерло. Гнетущая тишина буквально физически начала давить на Яну своей тяжестью.
Яна, как приговора, ждала звонка Стаса. Он ведь обещал вечером позвонить. Но телефон, как назло, молчал, хотя стрелки часов уже показывали семь вечера. Ожидание сводило с ума. Сейчас она готова была простить Стасу его недоверие. Только бы с ним все было хорошо! Только бы он не пострадал! Боже, какого черта он поехал за город? Обычно в таких местах случаются нехорошие вещи.
Не в силах больше ждать, Яна позвонила Стасу, но телефон безразлично молчал. Не сумев дозвониться до любимого, набрала Пашу.
– Не знаю, что и думать, – взволнованно твердила Яна. – Может, случилось что-то. Ярик же гоняет, как сумасшедший на своей «Мазде». Или убили их там, – на этом предложении голос дрогнул, а сердце сорвалось в галоп.
– Не переживай. Все будет хорошо. Не в первый раз. Одного не понимаю, какого хрена они мне ничего не сказали о стрелке? Идиоты! Яна, я перезвоню, когда что-то узнаю, хорошо? Никуда не уходи. Будь дома. Мало ли что.
– Конечно, я никуда не пойду. Спасибо.
***
Паша около часа пытался дозвониться до Стаса и Ярика. У обоих были отключены телефоны. Сговорились что ли? Они должны были сообщить, что собираются на стрелку. Это же его в первую очередь касается. Вот болваны! Стас тоже хорош, зачем сказал Яне о разборках? Теперь она будет переживать. Нужно ее поддержать.
Он сорвал с вешалки кожанку, надел и хотел незаметно выскользнуть из квартиры, как вдруг с кухни вышла Оля, окликнув Пашу.
– Куда побежал?! – воскликнула она, вытирая полотенцем руки.
– Скоро вернусь, – чмокнул ее в губы и взялся за дверную ручку.
– Подожди. Куда, спрашиваю, пошел?
– К Яне. Стас с Яриком на стрелку уехали, она на взводе. Поддержать нужно.
– Надоел! – Она швырнула полотенце на пуфик. – Яна то, Яна это. Влюбился в нее что ли?
– С ума сошла? Что ты говоришь? Послушай себя!
– Да ты помешан на ней! Я же вижу, как ты на нее пялишься все время.
– Не говори ерунды. Все, я пошел.
– Давай, вали к своей Яночке. Вытри ей слезки, приголубь. Пока Стаса нет. Может он тебе спасибо скажет или рожу набьет.
– Слушай, не перегибай палку! – он встал напротив. – Это я должен был ему лицо разбить, когда он с тобой переспал. И тебе тоже. А я простил. Не заставляй меня пожалеть об этом.
– Ой-ой-ой! Какие мы великодушные! Простил он. Если бы простил, не вспоминал бы об этом при каждом удобном случае!
– И не вспомнил бы, если бы ты рот свой не открыла. Все, надоела! Вернусь, когда успокоишься.
Он открыл дверь и выскочил из квартиры.
– Давай, беги к своей Яночке! Может, в ее объятиях найдешь утешение! – крикнула вдогонку Оля.
Дверь с грохотом захлопнулась.
«Сколько же в Ольге злости.






