ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В критической ситуации ты не поднимешься до уровня своих ожиданий, а упадешь до уровня своей подготовки. Именно этого принципа придерживается Игорь Бородин, похищенный с другими землянами и оказавш... Похищенные Константин Георгиевич Калбазов Глава 1. Новый мир и новые знакомые Пробуждение было тяжким. И это мягко говоря. Голова буквально раскалывалась, словно он пьянствовал всю ночь напролет. Причем пил исключительно паленую водку. Давно забытые ощущения. Нет, пить он вовсе не бросил. Просто уже несколько лет как употреблял только самогон. Причем только своей выделки, виноградный, двойной перегонки и отфильтрованный активированным углем. У его товарища весь двор заплетен виноградной лозой. Сам он не пьет, ни вино, ни самогон не делает, сок и компоты из него не больно-то и уважает. А вот двор под сенью виноградной листвы ему очень даже нравится. Живую тень, не сравнить ни с каким навесом. Вот Игорь ему и помогал, ежегодно снимая урожай, и перерабатывая его в чистый продукт. Причем не жадничал, брал только лучшее, не ниже восьмидесяти градусов. Все остальное безжалостно в утиль. Так что, продукт получался отличный, и тяжким похмельем он не маялся уже давно. Открыл глаза, пытаясь понять где находится. Трава, деревья, теплые солнечные лучи пробивающиеся сквозь листву. Чистый воздух. Впрочем, у них на Кавказе с воздухом всегда было в порядке. Если только не жаркие дни. Кстати, ждать осталось не так чтобы и долго. Уже середина июня, как всегда дождливого и прохладного. Но еще пара-тройка недель и они уйдут в прошлое. Обычное в общем-то дело. Ну и то, что он вот так лежит под деревьями ничего удивительного. Он ведь выехал за город. Вон и велосипед лежит рядом, и чехол с воздушкой пристегнут на место, и баллон подкачки все так же прикреплен к багажнику. А вот и его рюкзак, с которым он никогда не расстается. Подумаешь не мальчик. Это просто удобно. Как и велосипед. Не из деш

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Место не проходное, горцы стороной объезжают, а потому и патрули к нам не заезжают.

Ох как разговорился милок. Не иначе как старается на снисхождение. Оно ведь хотя и в шахтах заживо гнить, но это жизнь. А человек пока живет, надеется.

– И где ваше логово?

– Тут километрах в шести, на берегу Лебединого озера.

– Так что, действительно в пустоши?

– Да. Но только не в самой, а на островке. Там речка впадает в озеро и разлив есть, а на нем островок с подъездной дорожкой. Сэмэн говорит, что в старину наверное была лодочная станция и горожане катались, потому как форма у разлива правильная, прямоугольная.

– Вплавь попасть на остров можно?

– Нет. Там веревки с крюками в три ряда и острое железо понатыкано. Вспорешь все на свете, а там и рыбы схарчат. Только по подъездной дорожке.

– Что с охраной?

– Двое всегда дежурят в надвратной башне с гатлингом. Остальные отдыхают.

– Еще пулеметы есть?

– Нет.

– Винчестеры, берданки?

– Три винчестера, остальные берданки переделки и револьверы.

– Гранаты?

– Есть пушечка бронзовая, аборигенская. С полгода назад нашли и приладили лафет. Камнями ворота или частокол на раз вышибаем. Но когда без дела, она стоит на заднем дворе и все.

– Ворота заперты?

– Открытые. Вот вернемся и закроем.

– Понятно. Закрыть, залипает.

– Так там двое и пулемет. Если ночью то оно понятно, а днем-то чего. По молу метров сто, ширина метра четыре и ни единого кустика.

– Женщин где держите?

– Если не пользуют, то в сарае.

– А пользуют где?

– Дверь рядом. Борделем называем.

– Шаман, – послышался голос Васютина.

– Что случилось?

– Тут одна из баб землянка.

– Я требую, чтобы меня немедленно освободили! Слышите! Немедленно! Вызовите ваше командование! Я этого так не оставлю!

Игорю даже интересно стало. Он вздернул на ноги пленника, и толкая его перед собой, направился к повозке, из которой то и дело порывалась выскочить весьма представительная особа. В смысле, эффектная такая крашеная блондинка, бальзаковского возраста. При более близком осмотре оказалось, что жизнь ее все же потрепала. Одежда истерзана. Вся левая сторона лица, один сплошной синяк.

– Сколько она у вас? – Дернув скривившегося от боли бандита, поинтересовался Игорь.

– Три дня.

– Вы ей что-нибудь объясняли?

– Да она не верит. Бешеная какая-то, – сквозь визги блондинки, уже добравшейся до Гаагского трибунала, ответил бандит.

– Понятно. Ну чего смотришь? Заткни ей рот, – кивнув на дебоширку, приказал Шаман Вороту.

Потом вновь вернулся к беседе с пленником. Пока идут на полянку, на отвлеченные темы. А как дойдут, он заставит раненого нарисовать схему подворья. С одной стороны оно конечно вчетвером наваливаться на семерых, идея не из лучших. Но с другой, не делиться же с теми же пограничниками, егерями или казаками.