ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вот повезло так повезло! Уснул туристом в современной Германии, проснулся там же, но в четырнадцатом веке. Вокруг творится нечто, но ясно одно: тебя собираются убить! А ты не простой человек, ты ба... Барон Юрий Иванович Корнеев Глава 1 Я очнулся от боли. От сильной боли. Болело все, но больше всего голова. Что за черт!.. Вроде вчера не пил – кружка пива не в счет. Почему тогда так голова болит? В голове какие-то дурацкие мысли бродят. Отстояли ли мы замок? Какой замок? От кого мы его должны отстоять? В голове какая-то муть. То ли я Юрий Леднев, то ли Леонхард фон Линдендорф. Какой Хард, какой такой Дорф?.. Ничего не могу сообразить. А все из-за жуткой головной боли. Может, траванулся чем? Ох уж эти хваленые немецкие колбаски… А больше я и не ел ничего. Выпил кружку пива с колбасками и лег спать. Ну да, мне же завтра, вернее – уже сегодня в Голландию ехать, а за рулем я сам, так что особо не развернешься. Полицейские тут юмора не понимают, да и самому жить еще не надоело: улететь куда-нибудь на сумасшедшей скорости – верная смерть, никакие подушки безопасности не спасут. Но что же все-таки случилось? Я наконец решил попросить воды: может, кто услышит. Но из горла вырвался лишь хрип. И тут же у меня над ухом кто-то заорал: – Господин барон, господин барон, вы живы?! Курт, Курт, господин барон очнулся! Мою голову приподняли и дали мне наконец напиться. Фух, немного полегчало. И кто у нас барон? Не по его ли милости я в таком состоянии? Я попытался приподняться. Кто-то мне помог, и я привалился спиной к стене. Мне мокрой тряпкой обтерли лицо, и я смог открыть глаза. Передо мной на коленях с мокрой тряпкой в руке стоял бородатый мужик со зверской рожей. Появился еще один и присел передо мной на корточки. Этот выглядел поприличнее. Но почему-то весь был в железе. На нем одет хоуберк – это такая кольчуга с длинными рукавами и капюшоном, поверх хоуберка – простенькая бригант

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как будто я сам этого не хочу…

Потом решил пройтись по цехам Эльзы. Вообще-то я собирался на завод, но до обеда осталось всего ничего, и поменял планы. До обеда – к Эльзе, а после обеда – к Хайнцу. Эльзу нашел в ее каморке. Она сидела и что-то записывала. Увидев меня, просияла. Поцеловал ее, сел напротив.

– Что пишешь?

– Веду подсчет расхода пороха и патронов. Порох для пушек расходуется быстрее мушкетного, а при изготовлении – наоборот, мушкетного получается больше. А вот готовые патроны расходуются очень быстро. Склады же заполняются медленно. А ведь если будет очередной поход, то со складов опять все выгребут. Слишком много патронов расходуется на учениях.

– Ничего не поделаешь, учить мушкетеров надо. Без этого никак. Добавь людей на изготовление патронов. Если нужны люди, скажи Гюнтеру.

– Зачем? Мне и Вилда, если что, приведет сколько угодно девчонок. Ко мне желающих попасть очень много. Особенно молодых селянок. Думаешь, охота горбатиться с утра до вечера в деревне? Хотя сейчас, благодаря вам, в деревне и стало полегче. Хоть голодать перестали. Но работать приходится все равно от зари до зари. А здесь работают, только пока светло. Но в помещении-то темнеет намного раньше, чем на улице, – вот и получается, что свободного времени полно. И живут как господа, по двое в комнате. В деревне-то в одной комнате вся семья живет. Так что господина Гюнтера беспокоить ни к чему.

– Хорошо, тебе видней, но производство патронов надо увеличить. Скоро опять поход.

– Господи… – И она прикрыла рот ладошкой.

– Не волнуйся, на этот раз ненадолго. Кстати, ты знаешь, что Беата замуж выходит?

– Ну, к этому все и шло. В замке уже давно судачили о том, что к ней молодой подмастерье клинья подбивает. Счастья ей.

– Сама-то не собираешься? Невеста ты знатная, на тебя небось не только подмастерья заглядываются.

Она тут же бухнулась передо мной на колени. Я аж опешил. Тут это не очень-то принято. Тем более не ожидал такого от Эльзы. А она уткнулась мне в колени и рыдала. Я приподнял ее голову и заглянул в лицо.

– Эльза, что с тобой? Что случилось?

– Ваше сиятельство… – сквозь рыдания проговорила она, – не прогоняйте, прошу вас… Накажите, если в чем провинилась, но не прогоняйте…

– Да с чего ты это взяла-то?

– Но вы же сами сказали, что мне замуж пора…

– Вот ведь глупая, – я поднял ее и усадил себе на колени, – да не собираюсь я тебя замуж отдавать, ты мне и самому нужна.

– Правда?

– Правда, правда.

Она тут же счастливо засияла. Надо же, только ведь рыдала, а уже радостно смеется. Я ее поцеловал и снял с колен.

– Пойдем пройдемся по цехам.

Мы походили немного, посмотрели. Люди работали споро и даже как-то весело. Хотя и молча. Но это пока. Сейчас начальство уйдет – и начнутся разговоры. Тут ведь одни девчонки.