Не знаю, понимала ли она то, что он ничего не собирается с ней обсуждать. В любом случае Мюр решила не спорить об этом в столь неподходящее время.
– Как скажете, милорд. Но я хотела бы, чтобы вы выполнили свою часть обещания, насчет Айана и Белфоера.
– Конечно. Их содержат во дворце. Они будут освобождены, как только мы закончим. Вас это устраивает?
– У меня нет других вариантов, милорд.
Вернулся Йорки со стальной кирасой для нее, помог облачиться, и разговор прервался. Я старался ни во что не вмешиваться. Просто наблюдал за ними.
За нервничающей Мюр. За ее мужем, к которому то и дело подходили посыльные, передавая сообщения и слушая новые распоряжения. За Маклиди и его людьми – группой потертых жизнью, познавших вкус войны, закаленных смертями мужиков в обычной гражданской одежде. Их было больше двадцати, все с автоматическим современным оружием, подтянутых и собранных, словно сторожевые псы, готовые броситься на того, на кого укажет хозяин.
Когда в комнате появились два плакальщика, большинство отвлеклись от своих дел, а Йорки, бравший из ящика фосфорные ручные бомбы
54
, буркнул, обращаясь ко мне:
– Тебя от них оторопь не берет, иностранец?
– Мне все равно. – Это было правдой. – С таким же успехом ты можешь бояться вот этих штук.
Я указал на цилиндры, которые он клал себе в подсумки.
– Ну, может быть. Но эти штуки ничего мне не сделают, пока я не выдерну чеку. А эти… Шеф доверяет нелюдям, а я как-то больше привык держаться от них подальше.
– Ну вот потому он шеф, а мы с тобой так и останемся исполнителями.
– Тоже верно, – усмехнулся Йорки.
Через несколько минут Уитфорд скомандовал:
– Выступаем!
Они с Мюр шли под охраной плакальщиков и людей Маклиди. Ворота во дворец открыли, гвардейцы на постах отдавали честь, пропуская отряды солдат и жандармов, рассредоточивающихся по коридорам и этажам. Слуги не показывались, сопротивления со стороны охраны, перешедшей на сторону заговорщиков – тоже, разумеется, не было.
Вот то, о чем я как-то говорил Мюр. Революция без крови.
Почти без крови. Но на такие мелочи не будут обращать внимания и постараются забыть. «Тиранов» убивать в бескровных революциях считается вполне себе правилом хорошего тона любого порядочного джентльмена.
Маклиди на ходу отправлял своих людей в смежные коридоры, и до роскошных дверей на четвертом этаже мы дошли в достаточно поредевшей компании. Стражники возле них в начищенных кирасах, в которых отражались наши фигуры, молча отошли в сторону, взяв оружие на караул.
– Миледи, желаете отправиться вместе со мной?
Мюр, оказавшаяся в шаге от того, что мечтала совершить много лет, старалась держаться решительно, но выглядела подавленной, чувствуя себя не так, как должен ощущать победитель. Я ее понимал.






