ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ингениум – новое будущее человечества. Он появился на волне индустриального прорыва – мотории, его боготворят романтики, за ним следят политики, его желают использовать дельцы и военные. Все ждут о... Тень ингениума Алексей Юрьевич Пехов У меня есть и свои спички и своя сера, и я сумею сам устроить себе ад. Редьярд Киплинг . Мое внимание привлекала железнодорожная ветка, проходящая через лес. Она вела в Арсенал и на всем протяжении своего пути через городские районы надежно охранялась. Но здесь, рядом с лесом, был шанс перелезть через ограду, оставшись незамеченным армейскими патрулями. Я подготовился. Сейчас была пересменка, тот короткий промежуток времени, когда охрана точно не заинтересовалась бы нами, но, как назло, обстоятельства изменились… Кроуфорд появился из кустов, точно карликовый кабан, ломая ветки, цеплявшие его пальто. Смачно харкнул, основательно вытер подошвы испачканных грязью ботинок о толстый ковер влажных опавших листьев. Выглядел мой бывший сослуживец, как всегда, неряшливо и мрачно. Возможно, потому, что не прикасался к серому порошку вот уже пару недель и его снова донимал стук скальных молотков, раздававшийся в ушах. Холода Юэн, казалось, совсем не чувствовал, полупальто, похожее на флотский китель, у него нараспашку круглый год. Он плюхнулся рядом со мной, все такой же хмурый и невысокий, каким я его всегда помнил, пожевал челюстями и словно бы вытолкнул из себя слова: – Ну, что там? Я протянул бинокль, и Кроуфорд с апатией приложил его к глазам, чуть подкрутив колесико настройки. – Хреново, – выдал он свое резюме через долгую минуту наблюдения. – Людей многовато. Нас увидят. – Да. – Будем надеяться, что они свалят как можно быстрее, – он внезапно рассмеялся, будто полузадушенная курица. – До прихода патруля. С Юэном вечная история – порой на него находит. Из котомки, перекинутой через плечо, он достал вязаные перчатки из коричневой шерсти с о

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дым услужливо стелился у меня под ногами, точно ковер перед почетным гостем, одежда тлела, но это была такая малость в сравнении с тем, что я собирался сделать.

Впереди показались створки дверей, у которых собралась многочисленная охрана. И плакальщики. Они хотели меня остановить. Защитить того, кто прятался за их спинами.

Маклиди был среди них, он первым прицелился в меня, и я сжег его пистолет, его руку, а затем и его самого превратил в лепестки пепла, о котором никто и не вспомнит. Плакальщик взорвался изнутри, шрапнелью расплавленных точно сталь ребер посек товарища, но тот встал, лишь для того, чтобы превратиться в огненную птицу, беззвучно пробежавшую через зал и упавшую куском спекшейся плоти у моих ног. Я подарил пламя каждому встреченному, черпал его щедрыми горстями, и от него нельзя было скрыться. Им оставалось лишь принять этот дар и оказаться в аду. Любому, кто желал помешать достижению моей цели.

Справедливости.

Правосудия.

Тень моего ингениума шагала передо мной точно чудовищный дирижер. И больше никто не вставал у меня на пути. Но в спину мне они все-таки смогли попасть. Дротик с «Якорем» воткнулся под левой лопаткой, однако тень с раздражением вырвала его из меня, и пламя, бушующее в крови, сожгло яд, не дав ему никакого шанса. Она вела меня вперед, торопила, молила, чтобы я не мешкал.

И я не мешкал.

Люди исчезли, а двери не являлись для меня преградой. В кабинете оставался лишь один человек. Бледный, растрепанный, с безумным взглядом, не верящий, что все, чего он достиг, теперь не имело смысла. Переставало принадлежать ему. Что его расчет, логика, подлость, интриги и жестокость не могли противостоять ингениуму. Тени. И чужаку, который вмешался в его планы.

Я зачерпнул еще, так что кровь в моих венах превратилась в огонь, а сердце вспыхнуло, точно солнце, сгорая все, без остатка. Я стал пламенем, чистым, невероятно сильным, адским вестником, что пришел сюда сообщить этому человеку передо мной об окончании его пути.

И он не выдержал моего взгляда…

Револьвер в его руке был просто жалок, я расплавил летящую пулю, взорвав целое крыло здания. И на что бы ни посмотрел – все начинало плавиться, трескаться, обугливаться и гореть. Окна давно лопнули, я знал, что пламя распространилось и вверх, и вниз, захватывая этажи, и оно не предаст меня, не отступит перед водой, которой его будут пытаться тушить. Оно уничтожит здесь все.

Потому что я этого хочу.

Я могу брать ингениума сколько пожелаю, сейчас у меня неограниченный кредит на него.

Тень передо мной обернулась, и я не стал отворачиваться. Она была лучшим компаньоном, что когда-либо сражался вместе со мной. Давала мне силы, мощь, забирала боль и помогала выжить. Она и была моим боевым братством.