ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ингениум – новое будущее человечества. Он появился на волне индустриального прорыва – мотории, его боготворят романтики, за ним следят политики, его желают использовать дельцы и военные. Все ждут о... Тень ингениума Алексей Юрьевич Пехов У меня есть и свои спички и своя сера, и я сумею сам устроить себе ад. Редьярд Киплинг . Мое внимание привлекала железнодорожная ветка, проходящая через лес. Она вела в Арсенал и на всем протяжении своего пути через городские районы надежно охранялась. Но здесь, рядом с лесом, был шанс перелезть через ограду, оставшись незамеченным армейскими патрулями. Я подготовился. Сейчас была пересменка, тот короткий промежуток времени, когда охрана точно не заинтересовалась бы нами, но, как назло, обстоятельства изменились… Кроуфорд появился из кустов, точно карликовый кабан, ломая ветки, цеплявшие его пальто. Смачно харкнул, основательно вытер подошвы испачканных грязью ботинок о толстый ковер влажных опавших листьев. Выглядел мой бывший сослуживец, как всегда, неряшливо и мрачно. Возможно, потому, что не прикасался к серому порошку вот уже пару недель и его снова донимал стук скальных молотков, раздававшийся в ушах. Холода Юэн, казалось, совсем не чувствовал, полупальто, похожее на флотский китель, у него нараспашку круглый год. Он плюхнулся рядом со мной, все такой же хмурый и невысокий, каким я его всегда помнил, пожевал челюстями и словно бы вытолкнул из себя слова: – Ну, что там? Я протянул бинокль, и Кроуфорд с апатией приложил его к глазам, чуть подкрутив колесико настройки. – Хреново, – выдал он свое резюме через долгую минуту наблюдения. – Людей многовато. Нас увидят. – Да. – Будем надеяться, что они свалят как можно быстрее, – он внезапно рассмеялся, будто полузадушенная курица. – До прихода патруля. С Юэном вечная история – порой на него находит. Из котомки, перекинутой через плечо, он достал вязаные перчатки из коричневой шерсти с о

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Трупов прибавилось как с одной, так и с другой стороны. Вспышки выстрелов раздавались и справа и слева, тяжело и часто били пулеметы, но понять, что происходит дальше чем в ста пятидесяти шагах от тебя, не представлялось никакой возможности. Начинался тот самый привычный военный ад, что окружал меня в Компьерском лесу. Каждый отряд сам за себя и действует на свой страх и риск.

Сержант остановился над одним из погибших жандармов, стал расстегивать его китель. С трудом снял с трупа, бросил мне:

– Натягивай. Сейчас любой гражданский для людей в форме будет террористом. В темноте никто не станет разбираться. Не хочу, чтобы тебя прихлопнули наши ребята.

Очень мило с его стороны так обо мне позаботиться. Я не возражал против костюмированного «бала».

Сперва мы услышали топот ног, затем мимо нас пробежала пятерка вооруженных до зубов мужиков. Они так спешили на мост, где все это время шел нешуточный бой, что грех было не воспользоваться оказией и не выписать им билет на кладбище.

Мы с Фрэнком открыли по ним огонь из пистолетов, и карабин Демпси присоединился к стрельбе по «уткам» лишь с секундной задержкой. Мы сбили троих, прежде чем бунтовщики опомнились и нырнули за перевернутый взрывом газетный киоск. Я постучал сержанта по плечу, показывая, чтобы он обошел их с фланга, пока я буду отвлекать огонь на себя, но тут из окна второго этажа дружно грянули выстрелы.

По счастью, не по нам, а по тем, кого мы не успели достать.

– Эй! – крикнули нам сверху. – Седьмые?

15

– Гарнизон! – ответил им Фрэнк. – Вы?!

– Двадцать шестой!

– Хрена вы так долго?!

Они выбрались из подъезда, присоединившись к нам.

– Всего четверо? – неприятно удивился сержант.

– Двоих убило, остальных связали боем на Вильгельме Шестом. Мы пробились переулками, но там настоящая война. Не только здесь, – сказал тощий жандарм, потерявший фуражку.

– Что-то известно о помощи? Когда будет?

– Мы не знаем. Телефонная станция Восточного не отвечает. Армии из Арсенала потребуется час, чтобы тут появиться. Пока затыкают дыры нами. Люди из всех ближайших участков и все постовые сейчас здесь. Пункт еще продержится.

Он говорил о системах подъема моста, но я не был бы в этом так уверен. Не против броневика, пулеметов и взрывчатки. Когда сюда прибудет армия, мост уже смогут опустить. А если после этого заговорщики разрушат механизм, то поднять его больше не получится и контаги придется встречать пулями.

Перестрелка в районе бара продолжалась и не собиралась ослабевать.

– Нет! – сказал Фрэнк, когда один из жандармов повернулся в ту сторону, явно желая броситься на помощь товарищам. – Мост важнее.

– Мы не пройдем туда. Все пространство простреливается.

– Пройдем, – возразил я ему. – Через казарму. Ее забор примыкает к мосту.