ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Глубокий вдох не привел мысли в подобие порядка, но искусственно замедлил зашкаливающий пульс. Спокойно, Белла. Сейчас ты улыбнёшься и будешь играть роль счастливого ребенка этой милой в общем-то ж... Я родилась пятидесятилетней... Мария Веселая ========== Пролог ========== Пип… Пиип… Пип… Равнодушный писк аппаратов, поддерживающих мою хрупкую жизнь, прервал преувеличенно бодрый голос внучки: — Бабуль, я вернулась! Тебе ведь интересно, что было после того, как Белла поехала на бейсбол с Эдвардом? Мне было не особо интересно, я привыкла к немного иной литературе, но я радовалась каждой минуте, что девочка уделяла мне. — Знаешь, эта книжка стала бестселлером! — восторженно продолжила Аня. — Её автора уже называют «демиургом вампирского мира»! Я едва не улыбнулась такому сравнению: Уильям Полидори, Шеридан Ле Фаню и Брэм Стокер, наверняка, удивились бы, услышав нечто подобное. Но я не стала спорить с девочкой. Я вообще не могла ей ответить. Аня приходила почти каждый день после школы. Редкая дочь с такой частотой посещает прикованную к постели мать. А внучка приходила. Уже почти год. Хотя мне сложно считать время в моём состоянии. Может быть, прошло даже больше… Аня не говорила, какой сейчас день, месяц, год. Мой мозг пытался отсчитывать дни, когда она рассказывала про какие-либо праздники, но со временем это становилось всё сложнее. — Демиурги, это ведь создатели мира, да? — продолжала щебетать Нюта. — Мне кажется, что каждый автор по-своему Творец… Особенно автор, который написал что-то такое, что затронуло много душ людей. Ведь каждый раз, читая, человек как будто переносится в новую Вселенную! Автор вкладывает в своё произведение свои мысли, душу, фантазии, а читатель насыщает книгу своими чувствами, он оживляет героев в своём сознании, ассоциируется с ними! Лично я представляла себя Беллой… Хотела бы я быть на её месте… Лично я не хотела бы, чтобы моя внучка была на

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дед был книголюбом, и в этом плане у нас была полная интеллектуальная совместимость. Которая, впрочем, не мешала нам до хрипоты спорить о разных переводах классиков! Как мы сожалели, что сейчас совсем не те переводчики, не тот уровень, что столько ошибок в книгах… Я часто советовала ему русскую литературу, а он, прочитав в переводе, спрашивал у меня некоторые непонятные моменты.

Кроме прочего, он прекрасно владел итальянским, но абсолютно игнорировал уроки испанского ещё со школы… «Позволь себе не делать того, чего не хочешь, но в том, что ты хочешь, будь лучше большинства», — этот девиз можно было считать его жизненным кредо.

— Я повзрослел лишь недавно, детка… И помню тот день куда лучше моего восемнадцатилетия. Я встал и пошёл после нескольких лет застоя и иду до сих пор. И вот теперь меня невозможно заставить быть несчастным, — часто говорил он, и я впитала, прочувствовала эту близкую сейчас мне философию.

Можно ли считать застоем те годы жизни, что я провела в ожидании встречи с вампирской семьёй?

Нет…

Я жила, как не смели, не мечтали жить миллионы людей. Я приобрела знания и команду верных, чудесных людей, каждый из которых открыл и учит до сих пор меня чему-то важному. Но главное, я научилась ценить время. И научилась его же не считать в моменты частого счастья.

Я знала, что моя жизнь сложится и без всей этой вампирской истории. Я допускала и учитывала этот вариант в своих планах.

Обидно.

Досадно.

Но не фатально.

Что заставило меня сегодня покорно ждать Эдварда? Наверное, привычка верить в лучшее. Всё так легко складывалось, что я не допускала мысли, что это может так же легко закончиться…

Как только погас экран, я улыбнулась, наверное, впервые так искренне за этот день.

Можно ставить прочерк с пометкой «не выполнимо» под графой изучение вампиризма. И если быть откровенной, то плюсов из этого вытекает намного больше, чем призрачных минусов.

Проходя мимо автомата с попкорном, я вспомнила о своих новых планах на этот вечер. Пальцы сами набрали заветный номер, а через каких-то два гудка, я услышала чуть хриплый голос парня:

— Белла?

— Нет, вас беспокоит Комитет по гуманизации общественных отношений, — бодро и чуть томно отрапортовала я. — Мы проводим небольшой опрос, у вас есть пара минут, чтобы ответить?

Бо рассмеялся и решил подыграть мне:

— Да, я как раз освободился. Весь день болел и делал «ничего». Очень устал…

Я стояла в очереди и пыталась сохранить чопорный тон, хотя губы предательски расплылись в задорной улыбке:

— Замечательно! То есть, очень сочувствую вам… Итак, первый вопрос: какой попкорн вы предпочитаете? Отвечайте быстро, не задумываясь.

— Солёный, но люблю смешивать его с карамельным, — услышав подобное, я закатила глаза.