ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вся книга. Но — все равно черновой вариант. Выложил чтобы узнать замечания — может я не в ту сторону развиваю образы своих героев, и их приключения? И еще потому что за правку возьмусь скорее всего то... Малыш Сергей Афанасьев Часть 1. Океан Глава 1 Она лежала неподвижно, но он уже понял — русалка проснулась. Возможно, я погибну именно от ее руки? — почему-то с сожалением подумалось ему. На всякий случай он решил близко к ней не приближаться — раз русалка имитирует сон, значит она свое окружение воспринимает как враждебное. — Как себя чувствуете? — спросил он на интерлинке, больше стараясь голосовыми звуками обозначить свое присутствие. Ее огромные глаза распахнулись на четверть. Сергей замер — ее боевые возможности ему ведь были совершенно неизвестны. — Я — Сергей, — снова сказал он, глядя в узкие щели глаз русалки и стараясь улыбаться. — А вас как зовут? — Это ты меня бинтовал? — неожиданно услышал он низкий грудной голос. Вздрогнул — откуда ей знаком Интерлинк? — Вам это было необходимо, — только и сказал он. — Иначе бы истекли кровью. Русалка прикрыла свои большие глаза, замерла, учащенно дыша — судя по ее вздымающейся груди. — Зачем? — снова услышал он низкий голос. Сергей собрался было ответить, но русалка вдруг закашлялась, не в силах остановиться, забилась в конвульсиях. Он решительно бросился к девушке, перевернул ее большое тело на бок — чтобы она случайно не захлебнулась. Какое-то время русалку выворачивало на изнанку, сгибая судорогой ее тело. Потом — отпустило. Сергей помог ей лечь обратно — на спину. Прикрыл одеялом. — Вам надо бульон попить, — сказал он. — Нашел уху в ваших запасах. Русалка снова посмотрела на него глазами размером с лебединое яйцо. Хорошо читалось желание скрыть все свои страдания, не показывать виду. — Давай, — сказала она. Сергей принес полную кружку. Приподнял спину и голову русалки. Приложил кружку ко рту. Она пила, напрягаясь, чер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сергей снова пожал плечами и даже для убедительности развел руками — мол, а что я могу поделать? Она ведь тоже вполне могла прикинуться Леей или Тао, и все время водить меня за нос, расстроенно подумал он. Хотя это и не наверняка. Впрочем об этом я скорее всего никогда уже не узнаю.

— Извини, — снова сказал он. — Я тебя вынужден покинуть. Дела.

И, не дожидаясь ее ответа, Сергей исчез.

* * *

Какое-то время он сидел возле спящей Элоры, смотрел, как мерно она дышит, лежа на боку, как тихо вздымается ее грудь под одеялом и чуть заметно подрагивают во сне длинные ресницы. Мучительно сильно захотелось дотронуться до ее пухлых губ, поцеловать щеки, носик… И он тут же, чтобы бессмысленно не расстраиваться еще больше, исчез из жилища Тао.

Долго и бесцельно летал в космосе, пронизывая насквозь планеты и звезды, и меняя галактику за галактикой. Уперся в край освоенного мира, за которым уже не было присутствия Малыша. И тут же почувствовал жгучее желание рвануть туда, в неизвестность и, наверняка, в опасность.

Полетал еще немного вдоль невидимой границы, с тоской поглядывая в недоступные дали, а потом вдруг снова оказался в Лесу, у дупла, в невидимом виде.

Элора уже обустроила шалаш и, судя по состоянию кучки плодов — основательно насытилась. Весело напевая свою старую песенку: Я королева… без королевства… она сидела на коленях и мастерила себе из листьев и тонкой лианы набедренную повязку. Несколько вариантов подобного одеяния лежало рядом, явно — отвергнутых.

Сергей замер сбоку, любуясь своей женой. Какая она все же красивая! — невольно в восхищении думал он. — Какая замечательная!.. Как мне повезло!.. Жалко только, что ненадолго, — приуныл он, вспомнив, что в своих дальнейших скитаниях он вновь очутится на космической базе, которую он и покинет на «Атланте», но — в полном одиночестве, без Элоры, и уже, по всей видимости, навсегда.

Что-то ей не понравилось в конструкции и обнаженная девушка, быстро поднявшись, решительно направилась к ближайшим зарослям. И здесь, что-то выискивая, она то нагибалась, то вставала на цыпочки, пытаясь дотянуться до заинтересовавших ее листьев. И Сергей любовался ее телом и ее гибкостью, невольно смущаясь от мысли, что он в некотором роде подглядывает. Он колебался, но не уходил — ведь так сильно хотелось ее видеть! И еще сильнее хотелось до нее дотронуться.

И он, вдруг сообразив, влился в заросли, становясь листвой и ветками. И тот час ощутил тепло и нежность тела своей жены. Мелкие листья в огромном количестве касались ее живота, бедер, груди, ног. И он все это чувствовал, распаляясь и млея. И вот уже листья словно магнитом стали сами притягиваться к телу Элоры, незаметно гладя и лаская ее, и с неохотой отлеплялись.