Сергей снова пожал плечами и даже для убедительности развел руками — мол, а что я могу поделать? Она ведь тоже вполне могла прикинуться Леей или Тао, и все время водить меня за нос, расстроенно подумал он. Хотя это и не наверняка. Впрочем об этом я скорее всего никогда уже не узнаю.
— Извини, — снова сказал он. — Я тебя вынужден покинуть. Дела.
И, не дожидаясь ее ответа, Сергей исчез.
* * *
Какое-то время он сидел возле спящей Элоры, смотрел, как мерно она дышит, лежа на боку, как тихо вздымается ее грудь под одеялом и чуть заметно подрагивают во сне длинные ресницы. Мучительно сильно захотелось дотронуться до ее пухлых губ, поцеловать щеки, носик… И он тут же, чтобы бессмысленно не расстраиваться еще больше, исчез из жилища Тао.
Долго и бесцельно летал в космосе, пронизывая насквозь планеты и звезды, и меняя галактику за галактикой. Уперся в край освоенного мира, за которым уже не было присутствия Малыша. И тут же почувствовал жгучее желание рвануть туда, в неизвестность и, наверняка, в опасность.
Полетал еще немного вдоль невидимой границы, с тоской поглядывая в недоступные дали, а потом вдруг снова оказался в Лесу, у дупла, в невидимом виде.
Элора уже обустроила шалаш и, судя по состоянию кучки плодов — основательно насытилась. Весело напевая свою старую песенку: Я королева… без королевства… она сидела на коленях и мастерила себе из листьев и тонкой лианы набедренную повязку. Несколько вариантов подобного одеяния лежало рядом, явно — отвергнутых.
Сергей замер сбоку, любуясь своей женой. Какая она все же красивая! — невольно в восхищении думал он. — Какая замечательная!.. Как мне повезло!.. Жалко только, что ненадолго, — приуныл он, вспомнив, что в своих дальнейших скитаниях он вновь очутится на космической базе, которую он и покинет на «Атланте», но — в полном одиночестве, без Элоры, и уже, по всей видимости, навсегда.
Что-то ей не понравилось в конструкции и обнаженная девушка, быстро поднявшись, решительно направилась к ближайшим зарослям. И здесь, что-то выискивая, она то нагибалась, то вставала на цыпочки, пытаясь дотянуться до заинтересовавших ее листьев. И Сергей любовался ее телом и ее гибкостью, невольно смущаясь от мысли, что он в некотором роде подглядывает. Он колебался, но не уходил — ведь так сильно хотелось ее видеть! И еще сильнее хотелось до нее дотронуться.
И он, вдруг сообразив, влился в заросли, становясь листвой и ветками. И тот час ощутил тепло и нежность тела своей жены. Мелкие листья в огромном количестве касались ее живота, бедер, груди, ног. И он все это чувствовал, распаляясь и млея. И вот уже листья словно магнитом стали сами притягиваться к телу Элоры, незаметно гладя и лаская ее, и с неохотой отлеплялись.






