ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Войны беспощадно меняют людей и их судьбы – будь то мирный житель, чей дом оказался разрушен бомбой, сброшенной с самолета, или солдат, отряд которого попал в засаду. С Михаилом Вихровым произошла... Телохранитель Игорь Евгеньевич Пронин © И. Пронин, 2018 © ООО «Издательство «АСТ», 2018 * * * «Может, и вовсе земляк?» – мелькнула шальная мысль, но Михаил ее тут же отбросил, как совсем бредовую. – А Черный Франсуа, наверное, караван ведет, не скрываясь, – сказал Ромео, резко прекратив петь. – Это мы тут должны прятаться, как крысы, а он и с местными, и с вояками небось уже договорился. Иначе не ходили бы эти караваны вообще. Верно говорю? – Верно, – мрачно подтвердил Танго. – Переворачивайся уже, ниндзя-черепашка, а то у меня глаз замылился и позвоночник болит. Бойцы с самого начала знали, что цель операции не только перехват каравана с наркотиками (или что там еще они везли на своих ишаках?), поскольку в таком случае их бы скорее всего просто перестреляли с безопасного расстояния. Группу забросили в горы и заставили ждать, потому что караван вел некий Черный Франсуа, которого так прозвали за то, что он всюду носил французское армейское кепи, только было оно вроде бы черным. Чем так ценен был этот Черный Франсуа, Танго не знал, но командир группы при одном упоминании скривил губу так, что стало понятно – руководству он очень нужен живым. Может быть, даже сам Тейлор хочет с ним потолковать, что называется, «по-свойски». И Танго, веривший генералу, очень хотел предоставить ему такую возможность. Эта война ведь не должна идти бесконечно. Иначе весь мир скатится в кровавый хаос да там и останется. Танго искренне верил, что только Легион сможет остановить и продажных политиков, и окончательно утративших все человеческое наркоторговцев, но прежде было надо разобраться с самым мерзким из всех образований. С Синдикатом. Засопев, словно старый пес, Ромео перевернулся на брюхо и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– А ты сама не понимаешь? После того как тебя поцарапали, генерал из кожи вон лезет, чтобы с твоей головы больше и волос не упал!

– А разве не за этим вы меня брали? – раздраженно спросила Таня, и Майкл про себя с ней согласился: действительно за этим.

– Я хотел, чтобы он держался рядом с тобой, а не бежал на врага в первых рядах, пока ты отсиживаешься за холмом, – буркнул Хокинс. – Генерал, черт бы его побрал, почему-то считает, что лучшая защита – это нападение.

– Ну а меня-то вы в чем обвиняете, сэр? – поинтересовалась девушка.

Он лишь одарил ее взглядом, полным неприязни, но ничего не сказал.

И вот теперь Майкл, Хокинс и генерал глазели в бинокли на ошивающихся среди домов боевиков с «калашами». Поселок, судя по всему, заброшен был давно: дома походили на жилые лишь отдаленно, казалось, малейшее дуновение ветерка – и добрая половина из десятка этих допотопных построек просто рассыплется в труху. Впрочем, для моджахедов это скорее всего было лишь временное пристанище, не более того.

– Знают уже небось про крушение вертолета, – отметил Тейлор. – Вот и перекрыли единственный путь наверх.

– Единственный ли? – произнес Хокинс со вздохом.

– А если и нет, у других наверняка тоже боевики дежурят. – Генерал снова поднес бинокль к глазам. – Что ж получается, десять их? Негусто как-то… Или в домах еще сколько-то отсиживается?

– Может, и отсиживаются, – отозвался капитан. – Кто ж их знает?

– Машина всего одна, пикап по типу нашего, – пробормотал генерал. – Так что вряд ли их там больше. Не пешком же они сюда шли?

– Ну, кто его знает, может, их перевозили партиями по сколько-то человек… Хотя даже это не важно. Для нас и десять – уже проблема, – заметил Хокинс. – Нас самих два десятка, а идти еще порядком, неизвестно, что ждет в горах. Если сейчас потеряем людей, наверху может оказаться совсем несладко.

– Но ведь и наверх мы не попадем, если не пройдем мимо поселка, – резонно заметил генерал. – Так что давайте решать проблемы по мере их поступления, капитан.

Хокинс, обреченно выдохнув, замолчал. Он прекрасно понимал, что спорить с генералом в его нынешнем состоянии бесполезно. Тейлор явно завелся; стоило ему вновь оказаться в куда более привычном антураже скал и пустошей, кишмя кишащих боевиками, и он будто разом помолодел лет на тридцать.

И Майкл, хоть и не находил в происходящем ничего вдохновляющего, невольно признавал, что чувствует себя здесь как рыба в воде. Америка никогда не была его домом, ведь он там практически не жил. Лагерь, потом – операции в Афганистане… и за последние полтора года в Южном Бронксе ничего не изменилось: Майкл по-прежнему был чужим.

– Мы должны заманить их сюда, – сказал Тейлор. – Все, конечно, не пойдут, но хотя бы часть мы сможем завлечь на рев моторов и обезвредить.