ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

У нас много дураков, которые считают себя "почти европейцами" и выбирая между "Светлой Высокорожденной Цивилизованной Европей" и "сраной рашкой", разумеется, восхищаются первой и презирают и ненавидят... Война Про человеческие ресурсы противника Когда я был маленьким мальчиком, то мои рассуждения "про войну" очень походили на рассуждения некоторых нынешних взрослых дяденек. При взгляде на карту было отчетливо видно, что СССР — большой, а Германия — маленькая. Потому постоянная чушь про то, что СССР гнал на фронт миллиарды красноармейцев и миллионы танков, заваливая фашистов мясом, казались в общем правильными. Ясно же видно на карте — Германия вон какая маленькая, понятно, что у нее и солдат мало и танков мало, зато все ее танки — Тигры и Пантеры. Потом пошла прорва открытий еще более чудных — оказывается у нас все танки были Т-34, а у немцев — чешские недомерки, какие-то смешные Т-1 и Т-2 и вообще, разгром 1941 года был вовсе непонятен. Потом оказалось, что и с нашими танками все непросто и еще интереснее стало то, что вообще-то в Рейхе пресловутый орднунг вышел совсем даже не орднунгом а черт знает чем. Позже пришло понимание и такой вроде бы ясной сейчас вещи, что количество танков еще не все, что важна организационная структура, что тысячи танков без топлива, боеприпасов и без пехотного сопровождения резко уступают куда меньшему количеству жестянок, обеспеченных всем необходимым. Пришло понимание того, что вообще-то по численности подвластного народа, по количеству солдат, которых можно было призвать в армию, и по количеству техники Рейх превосходил СССР в разы. Что так же в разы превосходил по накопленному военному опыту. По ресурсам тоже. Я попробую по возможности разобраться в этом. Начну с главного — с людских ресурсов. Почему это на мой взгляд основное? Потому что именно люди воюют, производят оружие и технику и любому мальчишке, поигравшему в компьютерные ст

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Иначе бы немцы не драпали, а на Москву шли бодрой поступью. И прикидывать, опять же, сколько же мы их там набили.

Немцы реально дрались до последнего. Людей у них практически не осталось. Зато их уважают. И если им придется с кем-то воевать, та слава им будет на руку. Мы, естественно, заслуживаем еще большего почтения, раз их загасили практически в одиночку. И не следует забывать про такой капитал. А кто пытается это замазать или опошлить — тому яйца вырвать, бо он нас тупо обкрадывает.

К вопросу о том, сколько немцы могли безвозвратно уничтожить тридцатьчетверок. За время войны моторостроительные заводы поставили для танковой промышленности около 80 тысяч двигателей В-2 всех танковых модификаций. Эти двигатели шли на конвейер, где собирали Т-34, КВ, ИС, самоходки на их базе, на танкоремонтные заводы, так как двигатели зачастую не подлежат капремонту и идут на выброс, а ставить что-то на машины надо. К концу войны парк бронетехники у нас был просто чудовищный. Особо надо отметить новые машины, которые не приняли участие в войне, хотя строились в ходе ее (например, Т-44). Получается, что не могли немцы нажечь безвозвратно столько нашей техники, сколько им приснилось с передолбу. Мы же, напротив, пожгли либо захватили почти все, что у немцев было. И не стоит забывать, что они понаделали танков и самоходок как минимум вдвое против того, что заявляют любимые нашими есторегами авторы типа Гиллебранда. Сейчас это уже не вызывает никаких сомнений. Плюс трофеи. Плюс квазитрофеи — иностранные танки, которые производились на заводах уже во время оккупации.

Сражение под Прохоровкой

Работая над своим "Нахальным минированием" задумался над странностями в изложении событий, заканчивавших сражение, названное "Курская дуга".

Курский выступ немцы планировали срезать ударами усиленных танковых группировок под основание, посадив в мешок порядка полумиллиона советских войск и дальше получить стратегическую инициативу. Собрали все бронированное с Восточного фронта, ударили по эшелонированной обороне — и по словам Гудериана и Меллентина — остались без панцерваффе и без стратегической инициативы. далее пошла агония вермахта, выиграть войну Рейх не мог никак, оставалось тянуть время в расчете, что противники разругаются и передерутся.

На северном фасе немцы увязли довольно быстро и крепко. На южном — проломили оборону почти до конца. Когда танки немцев стали угрожать складам на станции Прохоровка, советское руководство бросило контрударом наши танковые соединения.

Дальше идет сплошной разброд и шатания.