У меня пока время есть, можем поговорить, но не стоит затягивать. В полночь я планирую лечь спать, мне завтра рано утром вставать. Хочу узнать идёт какой из караванов по тракту в сторону соседних государств или нет. Место купить хочу.
– Значит, остаться тут ты не хочешь?
– Не особо, как-то странно ваше население реагирует на моё тут появление, а бить морды все подряд, или делать так чтобы их потом хоронили, не особо хочется. Я не кровожадный, то честь свою, да свободу отстоять смогу.
– Вот как. А если будет официально объявлено что Борис Градов жив? Это изменит положение?
– Ну-у… – я стал по привычке пощипывать пальцами нижнюю губу, у меня она появляется в пору сильной задумчивости. – Может что и получится. Только о возрождении и слова не стоит говорить, просто внук Бориса Градова названного в честь деда, ставшего так неожиданно знаменитым, это можно.
– Борис, – взял слово советник. – Ходит столько слухов о твоём даре иллюзий, что о нём наслышаны во всей Империи…
– Продемонстрировать? – проявил я догадливость.
– Это было бы желательно.
– Смотрите, а я пока подумаю.
Включив им небольшой ролик, самые такие зрелищные фрагменты разных земных военных фильмов, от имперских им башни снесёт, и пока тот крутился, я размышлял, время было. Там всего пятнадцать минут, но оба моих собеседника буквально прилипли к экрану, изучая как боевую техники, да и вообще сами сюжеты. Было на что там посмотреть и их интерес был не наигран. Когда ролик закончился, те вроде как даже вспомнили как надо дышать, задвигались, переглядываться начали. В общем, я взял слово:
– Предложение конечно же интересное, в принципе особо не повлияет на меня. Так что можно.
– То есть, принять гражданство империи… – начал осторожно советник, на что я взмахом руки составил его.
– Сразу забудьте. Меня уже однажды пытались силой окольцевать, в королевстве Гания, с тех пор у меня фобия на пытку меня куда-либо заманить. Так что Борис Градов – вне политики. Борис Градов – никогда ничьим гражданином не будет. Борис Градов – свой собственный. Зазубрите эту простую истину, и мы сможем спокойно общаться. А то куда не приди, только и хотят закабалить. Спасибо, я этого уже наелся, больше не надо.
– Странные у тебя представления о свободе, но я привык уважать чужие решения, – слегка развёл руками император, но дальше произнести ничего не успел.
С шумом распахнулась дверь и в кабинет ворвался жизнерадостный полный оптимизма вихрь, который трансформировался в молодую девчонку пятнадцати лет отраду. Кстати, в моём вкусе. Но всё равно малолетка. Та тут же взорвалась градом вопросов, мол, куда все подевались, кто речь поздравительную будет говорить, а то без неё подарки вручать нельзя, а она ждёт, но тут та замерла, с прищуром изучая меня.






