Ты не думаешь, что мы могли просто-напросто опоздать? А он в это время, может, уже закончил то, что хотел?
— Маловероятно.
— Почему? — снова нахмурился Йен. — Мы чего-то не знаем? Или ты умышленно не все рассказал на совещании?
Я покосился на прикрывшую глаза Хокк.
— Это всего лишь догадки. Мне пока нечем их опровергнуть или подтвердить.
— Я бы все равно послушал, что ты надумал, — прищурился Норриди.
— Я тоже, — неожиданно согласилась Хокк и внимательно глянула в мою сторону. — Ты умеешь делать интересные выводы. И даже если ты неправ, все равно нам пока нечем заняться.
Я перехватил заинтересованный взгляд от Йена и поморщился. Но время у нас и впрямь было, так почему бы и не порассуждать?
— Хорошо. Попробую объяснить. Вот ты побывал на трех местах преступлений. Скажи, какие у тебя остались впечатления от каждого из них?
— Ну, — откровенно задумался Норриди. — Дом на Шестнадцатой меня, откровенно говоря, шокировал. Первый раз я видел такое циничное отношение к магам и первый раз видел, чтобы кто-то рискнул использовать их для жертвоприношения. Во втором, на Прибрежной, я уже не особенно удивился, хотя масштабы действий преступников настораживают. В сундуках мы нашли останки более двадцати человек, и еще столько же сыскари откопали, когда срыли верхний слой земли под мусором по дворе. Есть мнение, что сундуки опустошались по мере наполнения. И не исключено, что захоронений было гораздо больше. От этого, конечно, не себе. Что же касается дома на Аллейной…
Йен недолго помолчал.
— Знаешь, — признался он после паузы, — я бы сказал, что это было идеальное убийство. Ни следов. Ни свидетелей. Ни лишнего отголоска магии снаружи, который мог бы привлечь внимание. Если бы не приказ Илджа проверить все пустующие дома, мы бы еще долго не узнали, что там кто-то умер. Разве что госпожа Улисс, вернувшись домой, подала бы в Управление заявление о пропаже мужа и дочери. Но время было бы упущено.
— Согласен, — кивнул я. — Что, по-твоему, во всем этом не вяжется?
— Не знаю, — неопределенно повел плечом Йен. — Все случаи немного разные. Но ты прав — первый и третий из одного ряда, а второй действительно больше смахивает на тренировку.
— Причем растянутую по времени. Все верно. И мне не дает покоя вопрос: если убийца так долго и тщательно готовился, то почему же в доме на Шестнадцатой он был небрежен? Почему на улице видели свет? И почему это убийство в действительности было не двойным, а тройным?
— Ты Брюса Ольерди имеешь в виду?
Я кивнул.
— Наверное, потому, что он оказался не в том месте и не в то время? — предположила прислушивающаяся к разговору Хокк. — Или же он стал ненужным свидетелем, от которого предпочли избавиться.
— Тогда почему это сделали так демонстративно? — задумался Йен.






