ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сталкер нелегально проник в зону и отстал от группы. Да так неудачно: на хвост села милиция, а когда сумел оторваться, застрял в болоте. Да еще и этот странный туман. Казалось бы, еще не все потеряно. Беглец Сергей Кручинин Пролог Красные вспышки сверкнули высоко в небе над станцией. Неужели реактор взорвался? – Быстрее! – крикнул Хром и завел велосипед на мост. Трот и Кукла поспешили за ним. Над мостом стремительно сгущалась дымка. Эфемера нырнула в туман. Что-то внутри Мэда подсказывало: не стоит туда соваться. Он медлил. – Не отставай, – послышался голос Эфемеры из тумана. – Сейчас, – ответил Мэд, но войти в подозрительную субстанцию не торопился. Эфемера выбежала из тумана, который тотчас же рассеялся за ее спиной. – Пойдем же, скорее! Мэд вел свой велик, пока они не дошли до брошенного на рельсах велосипеда Эфемеры. Затем они догнали товарищей. – Вы чего тормозите? Кукла потеряла сознание. Трот едва успел поймать ее. Велики с грохотом упали на рельсы. Эфемера постелила покрывало, Трот посадил Куклу на ткань и сам тяжело опустился рядом. – Ты чего, Трот? – Полный порядок! – ответил он и тоже отрубился. – Что делать? – спросила Эфемера. – Такси до Иванкова? – Так и быть. – Вызывай! Встретились в пивной, обсудили детали. Как у Тарковского, только цели другие. Остался последний шанс еще раз посмотреть на саркофаг и венттрубу, пока не накрыла арка. Поездка – на несколько дней. Можно с головой погрузиться в атмосферу угасшей жизни, забытых поселков и индустриальных объектов. Велосипеды взяли старые, еще советского производства. Если менты схватят, не жалко будет расстаться. Не повезло: заплутали. Пришлось делать большой круг. К границе зоны добрались, когда совсем стемнело. Плохо. Сутки потеряли. Всю ночь пришлось крутить педали. Когда уставали, сбавляли ход. – Одно из здешних сел, – заговорил Мэд, – родина моего отца. Мне тогда семь лет было. Как же красиво было! Высо

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Ценный трофей! – довольно хмыкнул он и вытряхнул на ладонь пару шариков, похожих на спелые ягоды крыжовника, только запутанные в паутину. Отделил «ягоды» от мусора и закинул в маленький холщовый мешок.

– Жизненно важно добывать, – пояснил он, – Но надо знать, с кого. С пустышей, всех этих ползучих, едва идущих, и прочей новорожденной нечисти урожая не будет. Плод, сам понимаешь, надо, чтобы созрел.

Локи перевернул второго и принялся срезать у него нарост.

– Ты, – говорит, – смотри: его только по краю можно срезать. Иначе нож затупишь.

Хром внимательно наблюдал, правда, не до конца понимая, зачем это все нужно. Ценный же трофей чем-то напоминал наросты гриба-трутовика на древесине пораженных деревьев.

– Это типа грибка, что ли?

– Можно и так сказать. Споровой мешок. И не с каждого бегуна соберешь. Эти уже матерые, – приговаривал Локи, потроша второго. – А те, что ты завалил, пустые были. Я их несколько перелопатил – такие же пустые, как и весь кластер.

Еще две «ягоды» отправились в мешочек.

В третьем трофей оказался чуть побогаче: целых три.

– Итого – семь споранов, – пояснил Локи. – Из них мы живчик готовим.

От таких слов Хром, возможно, и проблевался бы, узнай он это чуть раньше. Но теперь он старался больше смотреть и слушать. Его картина мира перевернулась и опрокинулась, настала пора учиться жить заново.

И вновь они катили на великах.

– Ты, как сознание потерял, Хром, себя как чувствовал?

– Тошнота, звон в ушах, слабость.

– И как ты это объяснил?

– Радиация. Ионизирующее излучение.

– Может, симпотомы и похожие, но здесь, в Улье, ты, Хром, снова не угадал. Это организм борется с заразой. Акклиматизируется.

– Но прошло же ведь.

– Живчик я тебе не от радиации давал. Вижу, человеку плохо. Мы, иммунные, должны периодически живчик пить. Иначе недолго и копыта отбросить.

– Как вакцина?

– Трудно объяснить. Встретишься с учеными – с ними поболтаешь. В общем, надо пить. Точнее, пока себя хорошо ощущаешь, можешь не париться. Но как только мутить начинает, головная боль – надо выпить.

– Как, прямо, алкоголики при похмелье.

– Не знаю, как алкоголики, но живчик надо уметь готовить. А готовят его на спирту. Говорю же, спирт хорошо спораны растворяет.

– Это мы, как инвалиды, всю жизнь на лекарствах? – спросил Хром.

– Ну чего ты так сразу – «инвалиды»? Не грузись, друг. Я думаю, тебе наша новая жизнь понравится. Любой спортсмен из вашего мира таким «инвалидам» позавидовал бы.

– Ладно, будем посмотреть, как говорится. Ты, расскажи лучше, как живчик готовить.

– Во! Толковый подход! Живчик, или живун, или нектар, или медовуха. Кто как называет. Хоть коньяком назови. А самое главное – делаешь так: берешь споран, растворяешь его в спирте. Водка, там, коньяк… главное – чтобы спирт был. Вода не растворит. Как растворится, хлопья в воде будут.