Удачно проведя свою скрытую атаку, монстр попытался оттащить мою израненную тушку от дерева, чтобы дать возможность монстрам, наброситься на меня со всех сторон сразу.
Заорав, как ненормальный, я со всей силы лягнул его свободной ногой прямо в голову. Удар вышел довольно увесистым и откинул волка на пару метров в сторону. Но самым удивительным было то, что после моей внезапной контратаки встать тварь больше так и не смогла! Приподнявшись на здоровой руке, я с удивлением уставился на открывшуюся передо мной картину. Напавший исподтишка монстр, лежал у выступающих из-под земли справа древесных корней и корчился в агонии. Его глаза закатились, из пасти выступила пена, тело то и дело сотрясали судороги. Жалобно поскуливая, он вывалил наружу свой темный-бордовый язык, измазанный, как и вся его пасть, моей кровью, в которой отчетливо можно было разглядеть множество серебристых вкраплений.
Хех, видать не по вкусу ему пришлась моя зараженная скверной тушка.
Обернувшись, я увидел, что и вожак стаи находится точно в таком же положении. Сумев отступить на десять метров, он тоже рухнул на землю, и сейчас громко скуля и завывая, бился в агонии, пожираемый серебристой энергией скверны.
— Ну уж нет, гадина проклятая. Решил драться, так дерись до конца!
С этими словами я, превозмогая уже в который раз практически ставшую мне родной — боль, поднялся на ноги и поплелся к недобитому противнику. Прихрамывая на раненую ногу, с повисшей на клочке кожи левой рукой, я медленно, но неотвратимо приближался к уставившемуся на меня глазами полными ужаса монстру. Ярость в данный момент настолько затмила мой разум, что о чем-то столь малосущественном, вроде смерти от кровопотери, я сейчас даже не задумывался. Сейчас в моем мире существовали только я и мой враг.
Любого, кто покусился на мою жизнь, либо жизни дорогих мне людей — ждет смерть! Жнец я, в конце концов, или кто?!
Доковыляв до находящегося при смерти монстра, я опустился перед его головой на колени, и покрепче зажав в здоровой руке осколок наруча, стал наносить им удар за ударом. Остановиться меня заставило лишь осознание того, что череп волка вместе с мозгами уже давно превратились в кровавую кашу.
Остальные члены стаи, даже увидев столь мучительную смерть своих собратьев, расходиться не спешили. Больше не обращая внимания на малышку, они все ближе подбирались к дереву, возле которого я только что устроил кровавое побоище. Кто из них первым бросится в атаку, тот и станет новым вожаком всей стаи. Подобного шанса они упустить не могли.
— Что твари, тоже решили отведать моей кровушки?! Ну, подходи кто самый смелый! У меня ее на всех хватит.






