Серый, какова готовность наших ополченцев на сегодняшний день?
– На данный момент – на уровне солдат срочной службы, – Серый решил не отставать от Балу и тоже соорудил себе бутерброд. – В принципе, порядка восьмидесяти человек способны выполнять боевые задачи под руководством толковых командиров.
– Где б еще таких нарыть… командиров, я имею в виду! – вставил свою реплику и Балу.
– Завтра утром надо будет собрать население нашей базы, за исключением нарядов и поисковых групп. Выступлю кратко! – подвел я итог беседы.
Триста с лишним человек, и за каждого я чувствовал ответственность. Они доверились мне, и я должен сделать все, чтобы защитить их. Но как это сделать, если профессиональных солдат всего пять человек, считая меня, и восемьдесят три наспех обученных ополченца?
Несмотря на раннее утро, на улице было уже тепло. Начало июня все-таки. Я смотрел на стоящих передо мной людей. Мужчины, женщины, дети. За несколько месяцев все они стали настоящей семьей. В глазах появилась угасшая было надежда. Их уже никто не называл бродягами. Все были одеты, никто не голодал. И сейчас все, что удалось достичь, хотят разрушить? Да, можно просто открыть ворота и пропустить иностранных бойцов через свою территорию. Возможно, что они никого и не тронут.
Не факт…
Но если их план удастся, в город хлынут сотни наемников. И сколько крови прольется в будущем… Что ждет стоящих передо мной людей, моих девочек – Свету и Галю? Нет, пока я жив, здесь никто не пройдет. Да, сэр!! Это уже мой город, здесь моя семья!
– Друзья! – народ зашушукался, но сразу все замолчали. – Я не мастер хорошо говорить – обычный солдат. Вы все доверились мне – и вместе мы добились многого. Но идет враг, и нам придется дать ему бой! Не за добытое добро и теплый кров, – за свою жизнь! Жизнь всех без исключения. Я был чужим в этом городе, но нашел здесь семью, друзей и свой народ и поэтому готов встать в первых рядах, защищая наш дом – этот дом!
Люди молчали, переваривая услышанное. Может, конечно, я высказался слишком пафосно, но ведь именно такие слова, созвучно мыслям, звучали в моей голове.
– Все, кто не желает дать отпор врагу, могут уйти, никто вас не упрекнет. А тем, кто останется, придется хорошо потрудиться, чтобы нас не застали со спущенными штанами.
Закончив, я развернулся и зашел в здание. Голова слегка побаливала после вчерашнего распития «samogona».
Через час Серый мне доложил, что базу покинули двадцать пять человек. Бог им судья! Меня радовало, что из ополченцев никто не ушел.
Территория «Агрохимтехники» теперь напоминала муравейник. Все население было занято делом. Набивались землей мешки, которыми закладывали все окна. Выкатили вручную из боксов грузовую технику – топливо было слито еще до нашего появления.






