ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дженна как никто другой знает, что значит обрести второй шанс. От неминуемой смерти ее спасла пересадка сердца, которое чудом досталось ей от девушки по имени Калли, погибшей, по официальной версии... Подарок Луиза Дженсен Louise Jensen THE GIFT Перевод с английского А. Соколова Компьютерный дизайн В. Воронина Печатается с разрешения Lorella Belli Literary Agency и Synopsis Literary Agency. © Louise Jensen, 2016 © Перевод. А. Соколов, 2018 © Издание на русском языке AST Publishers, 2019 Некоторое время спустя Бежать! Было темно. Очень темно. Облака стремительно неслись по угольно-черному небу, заволакивая звезды и луну. Влага наполняла легкие, я втягивала воздух короткими глотками, и время от времени на меня волнами обрушивалась дурнота. Силы быстро таяли. Кроссовки шлепали по бетону, и мне казалось, что я больше не слышу шагов за спиной, хотя из-за воя ветра об этом трудно было судить. Тише! Ни звука! Я испугалась. Очень испугалась. Я лежала на животе. Замерев. Затаив дыхание. Ждала. Ладони жгло от боли, щеку саднило, преющие листья лезли в нос. Меня замутило, когда, осмелившись пошевелиться, я медленно подалась вперед, уперевшись локтем во влажную почву. Левым, правым. Левым, правым. Теперь я лежала в подлеске. Колючки впивались мне в кожу, цеплялись за одежду, но я не решалась встать, думая, что здесь, в окружении деревьев, меня не заметят. Но в этот миг облака разбежались, и в свете луны я увидела рукав своей толстовки – невообразимо белый, несмотря на то что был заляпан грязью. Я выругалась. Идиотка! Идиотка! Идиотка! Я стянула с себя толстовку и спрятала ее под куст. Зубы выбивали дробь от холода. И еще от страха. И от лихорадки. Слева под чьей-то ногой хрустнула ветка. Я инстинктивно привстала и оперлась на мысок, как бегун на старте. И сквозь грохот собственного сердца услышала кашель. Звук раздался позади меня. Близко. Слишком близко. Бежать! Я рванулась впер

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сэм нажал на кнопку вызова рядом с кроватью и, пока нянечка не открыла дверь, держал меня за руку. Палату заливал яркий свет, от которого стали слезиться глаза, и я быстро заморгала.

– Очнулись? Ну, и напугали же вы нас. Я вызову доктора Капура.

– Дайте ей воды, – попросил Сэм.

– Только несколько глотков. Не увлекайтесь.

Сэм, придерживая мне голову, поднес стакан к моим губам.

Вода была теплая и затхлая, но я никогда не пила ничего вкуснее.

– Софи? – Мне стоило большого труда произнести это слово.

Сэм взял меня за руку.

– Мне очень жаль, Джен, но она не выжила.

На меня нахлынула грусть, и сон снова затянул меня в свои глубины.

Вновь обретя сознание, я сначала лежала не двигаясь и прислушивалась к биению сердца в груди. Ощущение было каким-то другим. Меня охватило глубокое уныние. Я перевернулась на бок и, свернувшись калачиком, силилась втянуть в себя воздух, но тут встретилась взглядом с Сэмом. Он здесь. По-прежнему здесь. И от этого мне сразу стало спокойнее.

– Я умираю? – Я почти не сомневалась, что мой организм в конце концов отторгнет сердце Калли, и мне стало невыносимо грустно оттого, что это случится. Конец. Но я к нему не готова. Я корила себя за все, от чего отказалась, горевала о непрожитой жизни. Сэм прикоснулся ко мне – зачем я когда-то оттолкнула его руку? Наши пальцы сплелись, и каждая клеточка моего тела оплакивала зря потраченное мною время.

Глава 82

Звезды испещрили чернильное небо, волны, ласково накатывая на берег, убаюкивали меня, пока я сидела и ждала. Я не сомневалась, что ты придешь. Когда-то давно среди этих дюн мы играли в прятки. Ты закрывала ладошками глаза и считала до десяти, но я, оглядываясь, замечала, что ты раздвигала пальцы и подглядывала. Ты думала, я не понимаю, почему тебе сразу удавалось меня найти. Но я-то знала. Знала всегда.

Я подтянула колени к груди. Ветер развевал мои волосы, соленая влага целовала губы, а я напрягала зрение и, вглядываясь в темноту, старалась заметить первые признаки твоего появления.

Небосвод побледнел. Абрикосовое солнце, вставая над горизонтом, окрасило облака в лиловые тона. Красиво. Небо меняло окраску: было пурпурным, оранжевым, красным и лишь затем застенчиво-голубым, словно никаким иным быть и не могло. Но мы все можем больше, чем мы думаем. Больше, чем чувствуем.

Вот теперь я тебя видела. Вдали на берегу. Твои движения были медленными, неуверенными. Я помахала тебе рукой, и твое лицо озарилось, засияло ярче солнца.

Я обняла тебя. Как же я соскучилась!

– Ты здесь, – сказала ты, словно я могла быть где-то еще.

Мы взялись за руки и стали смотреть, как волны, разбиваясь о берег, превращались в белую пену.