ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Все нормальные попаданки в магический мир знают: сил им дадут немерено, ректор и принц в них влюбятся, а этот самый мир будет спасен. Моя новая жизнь вроде начиналась по законам жанра, но потом что... Игры стихий Дарья Вознесенская 1 Дзы-ынь. Дзы-ынь. Я открыла глаза и застонала. Голова раскалывалась, а это означало, что с проводами очередной Ленкиной «любви», не дошедшей до стадии кольца и венца, мы переборщили. Поплелась в ванную. Где-то я читала, что треть книг современных писателей начинается со сцены похмелья. Чтобы читатели могли отождествлять себя с героем. Или с героиней. Я мрачно уставилась на свой весьма потрепанный вид в зеркале и покачала головой: — Хреновая героиня из тебя, Анечка. Вот как так получается: в студенчестве водка без закуски и часовой сон на кухонном полу организму не казался чем-то непереносимым, а в двадцать пять лишний бокал дорогого вина превращает утро в пытку? А что будет в тридцать? Покроюсь чешуей и обзаведусь пятнадцатью кошками? Настроение было под стать внешности, а внутри зудела неясная тревога. Странно. Ведь я не склонна к рефлексии и непонятным переживаниям. И по жизни оптимистка, точнее «позитивная дура», как любил заявлять мой бывший, когда хотел поругаться. Аспирин, душ, фен, макияж, любимые джинсы и кашемировый свитер. Немного помогло. Я сама мисс Позитив сегодня. За окном выла мокрая, серая вьюга: город уже просыпался. Отковыривать с машины лед вперемешку со снегом не хотелось, сегодня проще доехать на метро, тем более что кроме работы мне никуда не надо. Так что я отбросила ненужные мысли и решительно натянула дубленку и шапку. Ага, сейчас взбодрюсь. Ехать до работы не слишком далеко, но взбодриться действительно успела, как и большинство моих коллег. Мы вваливались в наше офисное здание слегка пожеванные морозом и транспортом и разбегались по своим столам и кабинетам. Профессия у меня довольно простая — экономист, точнее

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Был даже введен комендантский час — нам и раньше нельзя было особо расхаживать по окрестностям, но теперь даже в выходные в город можно было выбираться только в определенные часы и не поодиночке.

— Мы что-то упускаем, мальчики!

Восьмидесятилетний и трехсотлетний «мальчики» вздрогнули и с веселым изумлением посмотрели на меня. Я только отмахнулась:

— Привычка. Так вот, явно что-то упускаем. Мы никогда не сможем понять, что он хочет сделать дальше, пока не сможем понять, что он хочет сделать.

— Очень глубокая мысль, — съязвил Рон.

— Не издевайся. Хорошо, вы взяли под наблюдение все малые ключевые артефакты. Это его следующий шаг, мы полагаем, но вот какова его конкретная цель?

Я внимательно посмотрела на огромную доску, висящую на стене. Там у нас было что-то вроде схемы со всеми главными действующими лицами — говорю же, не зря я столько смотрела телевизор! Карт теперь и доской специальной обзавелся.

Только вот в фильмах главные герои обычно распутывали преступление за пару недель. И если бы я была в Голливуде, то еще в первой серии должна была проникнуть в самые черные планы преступника, вывести его на чистую воду и уже получить заслуженную награду и звание величайшего сыщика современности. Но я… хм, тупила вместе со всеми.

— Мотив… В общем, это не месть. Если бы была месть, то действовал бы он не так. И знаете, я уверена, дело вовсе не в роде Сегет.

— А в чем? Единственная семья из Высших, которая пока страдает, — именно наш род, — даже слегка возмутился Рон.

— Не знаю, но меня не оставляет ощущение, что Сегет — это просто первые жертвы. По причинам, нам известным, не удалось извести тогда всех, и цепочка прервалась. Но жертв все-таки должно быть гораздо больше — другие род

ы

я имею в виду.

Я снова заметалась по кабинету.

— Давайте как данность все-таки примем, что есть некий ритуал, который возможно совершить с помощью мертвых членов рода Сегет и пяти артефактов. Что именно хотелось бы этому человеку? Что мы о нем знаем? Не слишком знатный, но магически сильный род. Не богат. Сард был главой рода — жестоким и беспринципным, он не просто не подумал, что произойдет с его родом, когда его признают отступником, он изначально отправил родственников на смерть. Ему было около пятидесяти двадцать пять лет назад, самый расцвет магических сил, чего ему не хватало? Кто с ним встречался, ответьте, что он мог хотеть?

— Могущества, — задумчиво протянул Карт. — Он был завистливым, это чувствовалось, и еще он весьма неоднозначно относился к власти Правящих, конечно, не говорил об этом явно, но все же…

— Мог ли он захотеть стать им равным? Власти?

— Да.

— Смотрите, он бы не смог получить эту власть, убив Правящих, — вся ваша система выстроена так, что произошла бы замена, и не на Сардов.