ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Переложение готического романа XVIII века, «Монах» Антонена Арто - универсальное произведение, рассчитанное и на придирчивость интеллектуала, и на потребительство масскульта. Основатель «Театра Жес... «Монах» и его двойники Антонен Арто (1896–1948) воспринимается как ниспровергатель традиционных представлений о культуре, норм и границ различных областей культуры. Сделать искусство актуальным для человека, проникнуть в самую суть человеческой природы — вот главные задачи Арто. Его сюрреалистическая поэзия чрезвычайно сложна по форме, трактаты и манифесты труднодоступны по своей глубине и смелости мысли, рисунки ошеломляют бездонным отчаянием. В этом смысле роман «Монах» занимает особое место в творчестве Арто. Прежде всего, он прост и доступен: классически выдержанный готический роман, тонкая стилизация под литературу XVIII века. Глубинные смыслы романа вовсе не обязательны для его восприятия. Он явно предназначен для широкого читателя. Арто действительно создает универсальное произведение, рассчитанное и на изысканность интеллектуала и на потребительство масскульта. Тем самым сюрреалистический писатель открывает тенденцию своего рода мистификаций XX века. Так позднее утонченный Борис Виан превращается в Вернона Салливана, а один из крупнейших ученых-семиотиков Умберто Эко пишет романы-бестселлеры. Впрочем, Арто лишь возродил старую традицию. Один из великих мыслителей-гуманистов, предтеча Реформации Эразм Роттердамский остался в памяти потомков благодаря доступной и карнавальной «Похвале глупости». Другой представитель Ренессанса, автор латинских трактатов и поэм на античные сюжеты, комментатор и биограф Данте — его имя Джованни Боккаччо — написал еще и «Декамерон». «Монах» издан в 1931 году, переломном для Арто, — это время поиска новых путей и прощания со старыми. 1920-е годы — бурный взлет сюрреализма. В эти годы Арто — автор стихов и поэм, редактор сюрреалистическ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Что это значит? О коварный, что это значит? Ты забыл наш договор?

Дьявол ответил со смехом, в котором звучала ирония:

— Наш договор? Разве я уже не исполнил то, что взял на себя? Разве я обещал что-нибудь еще, чем просто извлечь тебя из тюрьмы? Разве я этого не сделал? Ты не избавлен от Инквизиции? От всего, кроме меня? Дурак ты, что поверил дьяволу! Сначала надо было выговорить себе жизнь, потом счастье и могущество, тогда бы ты всего добился. Ты слишком поздно чего-то требуешь. Готовься к смерти: у тебя нет больше времени на жизнь!

Действие этих слов было ужасным для несчастного, которого так высмеяли. Он упал на колени и попытался воздеть руки к небу, но демон угадал его тайное намерение и поторопился его опередить.

— Как! — воскликнул он, испепеляя его гневным взглядом. — Ты еще осмеливаешься молить Предвечного о милосердии? Ты хочешь изобразить раскаяние и снова приняться за свою лицемерную комедию? Отбрось всякую надежду на прощение! Здесь я утверждаю свою власть над тем, что принадлежит мне!

При этих словах он вонзил когти в тонзуру монаха и вместе с ним взмыл со скалы вверх.

Крики Амбросио множились в ущельях, но демон мчался как метеор, продолжая свой устрашающий подъем, пока не взмыл на головокружительную высоту. Там он решил выпустить свою добычу. Монах с огромной высоты упал головой вниз прямо на острую вершину скалы и покатился с одного обрыва на другой, пока, изломанный и растерзанный, не рухнул на берег реки.

Он еще был жив. Он сделал попытку приподняться, но тщетно; его сломанные ноги не повиновались ему, и он вынужден был лежать там, куда упал. Лучи восходящего солнца падали прямо ему на голову, и навозные мухи начали роиться вокруг него, они стали пить кровь из его ран, а у него не было сил их отогнать. Их назойливость увеличивала его жгучие муки, а вскоре орлы с неба ринулись к нему и стали расклевывать тело, вырывая из него куски. Увидев, что в глазах у него еще мерцает жизнь, они радостно принялись их выклевывать.

Вода журчала в нескольких шагах от него, а он в своем ужасном состоянии не мог утолить жажду, иссушающую его тело. Вот так, искалеченный, ослепленный, заживо сжираемый насекомыми и хищными птицами, он из последних сил бросил вызов небу из-за своих мучений и проклял приближающуюся смерть. Он провел так шесть кошмарных дней, слабея понемногу, но еще продолжая дышать, упорствуя в своем желании жить. На седьмое утро разразилась ужасная буря. Яростные порывы обрушивались на леса, вырывая деревья с корнем, небо то темнело тучами, то раскалывалось надвое сверкающей молнией. Хлынул проливной дождь, и воды реки вздулись. Волны выхлестывали на берег, достигнув места, где лежало тело Амбросио, а когда их ярость утихла, они схлынули, унося с собой труп отщепенца.