ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очередная фантазия на тему: «Северус Снейп, как оно было». Если представить, что у Снейпа был брат-близнец, как бы в этом случае могли развиваться события? Комментарий автора: Вот так получается,... Братья Олеся Шеллина Глава 1 Молодой черноволосый коротко стриженый парень вышел из камина в больничном крыле и обратился к стоящей неподалеку женщине. — Как он? — Плохо. Он сейчас без сознания, и я не представляю себе, чем я могу ему помочь. Как оказалось, маги бессильны против этой напасти, — она горестно вздохнула и, покачав головой, подошла к лежащему на кровати юноше. — А я не представляю, как никому в голову не пришло, что с ним что-то не так. Почему люди настолько близоруки, а, Поппи? Можешь не отвечать, это был риторический вопрос. Парень быстро приблизился к кровати и опустился перед лежавшим на ней юношей на колени. Нужно сказать, что выглядел юноша нехорошо, совсем нехорошо. Очень бледный и худой, с явно немытыми черными волосами, разбросанными по белоснежной подушке, как змеи с головы Медузы, с запавшими глазами и темными кругами под ними, и находившийся явно в глубокой отключке. На секунду прижавшись лбом к руке лежащего, парень встал и начал быстро извлекать из лежащей у кровати сумки приспособления, в которых мадам Помфри без труда узнала маггловские предметы для введения в кровь различных жидкостей. Со сноровкой, указывающей на то, что делать это ему не в новинку, парень собрал складной штатив для установки бутылок, а также прибор, называемый в народе капельницей. Затем из сумки были извлечены различные флаконы и ампулы. Когда все было собрано и установлено, игла безошибочно нашла вход в вену на руке юноши, и лечебная жидкость по каплям стала вливаться в его кровь. Парень придирчиво осмотрел дело своих рук, и, вздохнув, подошел к окну, которое было открыто, в связи с наступившим первым летним месяцем. За окном расстилалась прохладная ночь, такая характерная

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Зачем?

— Это необходимо для моей работы.

— Ладно, давай, попробую изобразить.

Следующий час братья провели, перенося образ метки с предплечья Северуса на пергамент.

Через неделю Алекс уехал. Он практически не видел Северуса в эти дни, брат заперся в лаборатории и всерьез занимался изучением метки и разработкой способов её нейтрализации.

А потом была война. Была кровь, своя и чужая, были смерти и чувство непонимания: «Зачем все это ему нужно?», редкие письма из дома и еще более редкие ответы, а затем пришло равнодушие. Равнодушие к боли, своей и чужой, равнодушие к смерти.

25 апреля 1980 молодому капитану приказали явиться в Лондон. Полковник Браун сидел за массивным столом и говорил, не глядя на Алекса.

— Пришло письмо от твоей матери, капитан. Тебе предоставляется месячный отпуск. Крепись, капитан, твой брат умер, завтра состоятся похороны.

Почему-то земля не разверзлась под ногами и небо не заволокло тучами — был обычный весенний день, даже солнышко ярко светило, а Алекс все никак не мог понять, что же произошло. Как? Почему? Ведь, не смотря ни на что, Северус был молодым и относительно здоровым человеком.

Алекс не помнил, как он оказался дома. Всю ночь он просидел рядом с гробом, а на следующий день после похорон молодой человек не знал, чем себя занять. Он спустился на кухню и принялся мыть посуду.

— Я могу поинтересоваться, зачем ты это делаешь? Ты не мог приказать эльфам, или, в крайнем случае, воспользоваться магией? — Эйлин вошла в комнату и села на стул. Высокая, статная, все еще красивая женщина и абсолютно холодная и равнодушная.

— Затем, что я хочу это делать руками.

— Я не понимаю. Наверное, я заслужила звание «Самая худшая мать». Один сын стал наркоманом и умер, как обычный маггл: от банальной передозировки наркотиков, второй стал убийцей.

— Не начинай. Вероятно, ты сама виновата в таком положении дел, не находишь? — Алекс продолжал натирать тарелки, не глядя на мать.

— Скорее всего, это так, но факт остается фактом.

— Я — солдат, а солдат всегда убийца — за редким исключением. Может, тебя это порадует, но я не вижу ничего хорошего в войнах, так что успокойся, я намерен подать в отставку.

— И чем ты собираешься заняться?

— Пока не знаю, — начавшего говорить Алекса прервала сова, влетевшая в приоткрытое окно.

В письме, адресованном Алексу, было написано всего несколько слов:

«Приезжай немедленно. Поппи.»

Глава 4

Алекс вышел из камина в больничном крыле, который был, как обычно, открыт для него.

— Здравствуй, Поппи, — обратился он к женщине. Она ждала Алекса, это было видно по её слегка напряженной позе и облегчению, промелькнувшему в глазах.

— Ты решил быть вежливым? Странно и совершенно на тебя не похоже.