— Так вы знали? — она резко развернулась и посмотрела на него широко распахнутыми глазами.
— Знал что? Что вы вбили себе в голову, что я привлекаю вас как… хм, мужчина? Я же не слепой, мисс Грейнджер. Это произошло на пятом курсе, когда мы над Протеевыми чарами работали? Или немного раньше?
— Раньше.
— Просто я понятия не имел, что послужило толчком, а сейчас понимаю, мои довольно редкие попытки помочь вам, не так ли? Но, как я уже сказал, я думал, что вы благополучно выбросили эти мысли из головы и переключили свое внимание на более достойный объект.
— А вы что же — недостойный объект? — фыркнула Гермиона. Это предположение действительно было смешным.
— Во-первых, я вас старше, мисс Грейнджер, это если исключить все те негативные моменты, которые присутствовали в моём отношении к вам во время вашего обучения. А во-вторых, я, как вы уже поняли, не способен на глубокое чувство, особенно, если оно не поощряется.
— Вы говорили, что ваш патронус не перерождался, но ведь у Лили Эванс патронусом была лань?
— Так говорил Альбус. А он вполне мог солгать, — Северус не смотрел на Гермиону. В комнате царил полумрак, несмотря на то, что день был в самом разгаре. — Откуда я знаю, какой патронус был у Лили? Где бы я смог его увидеть?
— Угу. Тогда, во-первых, Селина не на много старше меня, и, судя по всему, ее возраст вполне устраивает вас, а ваш возраст вполне подходит для нее. Почему же для меня должно быть исключение? Вот только не нужно про учителя и ученицу. Истории, когда профессора женятся на своих студентках, уже даже не продаются, настолько они банальны и обыденны. А во-вторых, я разве что-то у вас прошу, сэр? Разве я претендую хоть на что-нибудь? Разве я хоть одним словом, хоть одним жестом, — она намеренно использовала его же собственные слова, — дала вам понять, что жажду взаимности?
— Мисс Грейнджер…
— Не перебивайте меня, сэр, дайте мне закончить, — Гермиона встала на колени прямо на кушетке, чтобы быть с ним одного роста хотя бы в таком положении. — Я вполне отдаю себе отчет, и всегда отдавала, что мои чувства — это только мое сумасшествие, и я не втягиваю в него никого другого. Возможно даже, что я влюбилась не в вас, а в придуманный мною самой образ. И да, вы своими контрастами, я понимаю, что вы делали это ненамеренно, правда, понимаю, сделали это сумасшествие вполне стабильным и отлично существующим при любых условиях. Вы меня никогда не поощряли и вели себя вполне профессионально, несмотря на то, что, оказывается, знали, что я испытываю к вам. И вы ни разу не унизили меня, хотя вполне могли, за что я вам очень благодарна. Я все понимаю и осознаю, сэр. Именно поэтому я делала все, чтобы как-то переключиться с вас на Рона.






