Мужчина рухнул на девушку сверху, он был потный, его голова кружилась и живот свело от перенапряжения. Он так и лежал несколько минут, чувствуя грудь Сьюзан напротив своей, вдыхая запах ее волос. Потом Джим вспомнил последний раз, когда спал с Триной и почувствовал запах лилий в волосах девушки.
Он съежился, вышел из Сьюзан, сел и схватил свою одежду. Мужчина одевался так быстро, как мог, учитывая то, что кружилась голова, и нога совершенно добивала его. Сьюзан медленно села и непонимающе смотрела на него, затем она тоже начала одеваться.
Чувствуя, что в любой момент его могло вырвать, Джим не мог больше оставаться в этом замкнутом пространстве с ней. Он открыл двери и выскочил оттуда, мгновенно пожалев об этом.
— Джим? — ее голос был тихим, внутри огромного жестяного кузова автомобиля.
Мужчина не стал смотреть на девушку.
— Я должен идти, — прохрипел он и захромал дальше так быстро, как только мог.
* * *
Сьюзан сидела, уставившись на Джима, наполовину одетая и с расстегнутым верхом своей униформы. Она могла бы заплакать, но это было не в ее характере и так она бы испортила свое лицо. Девушка оделась и позволила своему гневу перерасти в любую другую эмоцию, которая могла бы показать свою неприглядную сущность. Какого хрена она думала? Когда запрыгнула на мужчину только потому, что он посмотрел на нее взглядом, который мог растопить Северный полюс?
И на байкера?
Боже, куда исчезла вся ее нравственность, когда она выбралась из скорой, и ступила на дорогу, чтобы забрать грязную задницу Джима Уэйда? Сьюзан несколько раз ударила себя по лбу, повторяя в голове одно слово с каждым ударом: «Дура!»
Если ей так нужно было потрахаться, Сьюзан могла бы выбрать из огромного количества мужчин на работе, которые слонялись по больнице. Но она пошла против своих принципов, на которых настаивала и переспала с мужчиной, которого только что встретила, и который, возможно, не производил сам наркотики, но продавал их или участвовал в какой-то незаконной деятельности.
Он был членом «Стальных Когтей» и все вокруг знали, что они помыкали людьми, считая себя богами. Байкер как-то сумел пробраться сквозь ее защиту, и теперь Сьюзан чувствовала себя грязной. Ей нужен был душ или что-то вроде того, чтобы очистить свое тело от Джима Уэйда, но что более важно — из головы. Он использовал ее, использовал свою покойную жену, чтобы принудить Сьюзан. И под влиянием страсти она сдалась.
Господь знал, что, по крайней мере, в следующий раз, когда она столкнется с чем-нибудь таким мерзким, то не остановиться, чтобы посмотреть, были под его поверхностью яркие пятна сверкающих доспехов, покрытые грязью и кровью.
Слава Богу, что дом Джима находился недалеко от больницы, и десять минут спустя они подъехали к его подъездной дорожке.






