ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Самоубийство пациента психиатрической больницы не произвело на бывалого сотрудника полиции Павла Серёжина особого впечатления. Немного любопытства вызвало творчество больного — тетрадка с текстом ф... Боец Алексей Наст «Это было время повсеместного процветания. Каждый житель планеты и народы в целом гордились своей человеческой природой. Не было войн и катаклизмов. Уровень жизни достиг небывалых высот. Самые неразвитые страны ежегодно убыстряли свой экономический рост, внося посильную лепту в бурный расцвет цивилизации. Несколько веков подряд земля приносила небывалые урожаи, мораль и нравственность совершенно вытеснили звериное из людских душ. Впоследствии то время стали называть Эрой благоденствия… И никто не мог представить на пороге Эпохи процветания, что причиной небывалого толчка в истории человечества станет возрождение одного северного государства, возрождение тем более неожиданное, что современники начала подъема изнывали от безысходности, ожидая полнейший коллапс. Страна дышала на ладан. Временная стабилизация представлялась именно временной. Тут и там раздавались пророчества о дальнейшем распаде уже распавшегося. Народ мучился в тисках экономической катастрофы, политики занимались преступным сколачиваем личных состояний и вывозом их за рубеж, бандиты, опираясь на коррупцию органов власти и правопорядка, творили насилие, насаждая беспредел во всем. Некогда великий суперэтнос умирал… В те дни, когда Мировое Зло готовило последний удар, дабы установить свой звериный порядок на бессильной и почти покорной планете, явился Боец. Он осознал, что явился…» Сережин захлопнул общую тетрадь с замусоленными страницами, еще раз окинул взглядом палату — серые стены, кровать, тумбочка, большое окно с разбитым стеклом, выпиленная огромная дыра в решетке. Оглянулся на медсестру — худенькую, с плотно сжатым ртом. Наверное, красивую, но сейчас, в белом халате и белой косынке,

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Соболев покорно извлек из кармана брелок с ключом от своей «Лады-Приоры» и впихнул в ладонь Павла.

Павел улыбнулся, сжав ключи:

— Противный — не мужское слово!

— Убью! — Миша был спокоен как никогда.

Банкомат что-то долго мудрил, читая карту, прежде чем отдать наличные.

— С ума сошел? Зачем все снял со счета? — поразился Соболев, видя, как Павел забирает толстую пачку тысячных.

— В городе переброшу на другую карту другого банка. У того банка везде филиалы и куча банкоматов. Он крутой. А этот платит мзду нашему управлению, потому и переводят зарплату только на него…

— Ш-ш-ш…

— Да, да… Пусть все слышат! Он обеспечивает управление постоянной «спонсорской» помощью, потому нам на его карты сбрасывают зарплату, а он комиссии берет бешеные, и вообще… все хитрожопые и хитромудрые!

— Я все понял. — Соболев успокаивающе похлопал рукой по плечу Сережина. — Не кипятись. Наши все так делают — забирают наличные и вносят на карты других банков.

— Зачем тогда спрашивал?

— Хотел позлить… Перед отпуском…

— Спасибо, друг!

— Всегда рад помочь… Машину дал на десять дней, имею право чуть-чуть поглумиться!

— Твое право!

— Мое право, — согласился Соболев.

— Пожелаешь мне удачи? — спросил Павел.

— Не зайдешь в родной кабинет, на пару часов общения с остроумным Килькиным?

— Пошли они куда подальше, и родной кабинет, и остроумный Килькин! — откровенно признался Павел со смехом.

— Тогда удачи! — указал Соболев на выход из управления.

— А эти объятия, какие показывают в американских фильмах, мол, мы одна семья, напарники и так далее, они будут?

Рука Соболева упорно показывала на выход.

— Когда вернешься, если выживешь, конечно, тогда и обнимемся!

— Ну и пожелания! — покачал головой Павел и прокричал: — Соболев, ты всегда был грубияном!

— Двигай, двигай, отпускник!..

✽ ✽ ✽

Усевшись в соболевскую «приору», Павел вздохнул глубоко — итак, он затеял забавную отпускную авантюру. Если повезет (должно повезти на все сто!), будет секс и маленькое неофициальное расследование, затеянное ради удовлетворения личного любопытства.

От управления Павел отогнал машину Соболева на автостоянку рядом со своим домом. Поднявшись к себе, уже в прихожей, он вздрогнул от неожиданности — в кармане летних тонких брюк завибрировал сотовый.

Он посмотрел, кто звонил. Маша!

— Да, Маша. — Павел ухмыльнулся (крепко на крючок села рыбка!). — Как все прошло?

— Нормально. Отпуск дали, но главврач надулся. Говорит — подвела.

Павел снова представил, как овладевает этой дурочкой, как сжимает ее тугие грудки. Возникла эрекция. Толкнул вниз кулаком упругий член — тот, как настырный баран, толкнулся вверх, натянул на брюках неприличный холм. Ничего, брат, теперь у тебя будет долгая «трудовая» неделя.