ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На «Рублевке» происходит эпидемия страшных самоубийств. Счеты с жизнью свели восемь влиятельных лиц, одно из которых — известный на всю страну своими разоблачениями журналист Алексей Ершов. Лучший дру... Западня Skyrider «Дом её ведет к смерти, и стези её — к мертвецам; Никто из вошедших к ней не возвращается и не вступает на путь жизни». Соломоновы Притчи 2:18-19 Тут даже мое ангельское терпение не выдержало и с громким треском лопнуло — ненавижу, когда меня используют «втемную». — Слушай, Лех, ты конечно отличный парень и вообще супергерой во всех отношениях, но честно и откровенно признаюсь — мне не нравится, когда ты себя ведешь так. Давай баш на баш — ты мне объясняешь, в чем дело, а я, со своей стороны, чем смогу, как говориться… А то получается немного нечестно, согласись? — Соглашусь, — невозмутимо ответил он. — Но я тебе потому и ни о чем не говорю, потому что ты мне ценен, как человек не «в теме». И в то же время достаточно умный и сведущий в своей области, чтобы навести меня на правильные мысли. Честное пионерское, как только все прояснится, я тебе сам все расскажу, ничего не утаю. — Ладно, идет. — Так вот, Кир, я хотел бы узнать — ты когда-нибудь встречался с такими символами или похожими на них в своей работе? Я ещё раз беглым взглядом окинул злосчастный рисунок. — Признаюсь, нет, хотя изображение что-то смутно мне напоминает… Подожди! — вдруг осенило меня. — В порядке бреда, лабиринт и в центре жирная точка с восемью линиями — может, это паутина, а в центре — паук? — В точку! — в его голосе я почувствовал какую-то дрожь, странное приторное придыхание. — Блин, как же я сам не догадался! Вот что значит взгляд со стороны! — Только какое это дело имеет отношение ко мне или к моей работе? — Прямое. Кир, ты случайно не сталкивался в своей работе с какими-то «организациями» или культами всякими, сектами, старыми и новыми, которые пользуются символом паука? Спро

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Это ещё одна составляющая моей теории — преодоление невроза через творчество. Ведь он никому не может поведать о своем горе, вот он и пишет. И достигает «катарсиса». Помнишь, теорию старины Фрейда? Только у него через сновидения и исповедь это выходило, а у него — через письмо. И вот тебе ощутимый результат — пациент спокоен, а, значит, невроз полностью контролируется сознанием.

— Ну что ж, Леонид Игнатьевич, вам все карты в руки. Уверен, что у вас все получится. А что с беднягой теперь будет?

— Я думаю, ничего плохого. Посмотрите на него — ведь он счастлив, переживая одну и ту же историю. Ведь, в конце концов, он бесконечно побеждает свою злую ведьму!

— Изумительно!

— Ну и к тому же ему тут все же лучше, чем на улице. Сыт, одет, обут, крыша над головой, уход, прогулки на свежем отдыхе — что ещё нужно одинокому старику? Да и мы нашего «Писателя» не обижаем. Да он и послушный, в отличие от некоторых «наполеонов» да «гитлеров». Можно сказать, у нас с ним «эквивалентный обмен». Он помогает мне, а я, как могу, ему.

— И все же, кроме шуток, какое в этом наслаждение, не понимаю? Ну, в «сизифовом труде»? Пусть он убивает эту ведьму, но она же все равно, как чертик из табакерки, появляется вновь!

Вместо ответа второй молча кивнул в сторону выхода.

— Поймешь, когда прочтешь этот опус.

Доктора вышли. Но старик не обратил на них никакого внимания, продолжая свой бесконечный сизифов труд.

КОНЕЦ.