Или послать в Центральную Африканскую Республику. Собственно, происходит вот что. Балконы, как ты знаешь, расположены над козырьком нашего подъезда. Разная сволочь выходит подышать воздухом, посмолить сигаретку и кайфануть под пивко или после оного. Там же на месте утилизируются бычки и бутылки. Видимо, уровень скотства достиг столь высокой отметки, что вид мусора сделался родным и даже приятным. Но это еще ладно, некоторые мужики здесь же мочеиспускание себе устраивают. До сортира ведь несколько шагов сделать нужно, зато как приятно с балкона-то, с высоты! Ни с чем несравнимый кайф, я так полагаю. Поубивала бы нафиг, но сильнее всего чувство недоумения. Ведь эти нелюди сами ту же картину наблюдают, что и я, так как им самим-то не противно? Немыслимо было и вот так взять и с балкона нассать. Говорят, раньше такого не было. Люди благороднее и светлее что ли были? Боюсь, нет. На подобное скотство кто-нибудь быстро бы стуканул. Старики помнят…
— Ну, во-первых, и такое бывало, причем не только у нас. Похожий случай в Питере наблюдал. Раньше там под окнами стоял мусорник, бабки привыкли в него из окон всякое непотребное выкидывать. Потом дворик преобразили, облагородили, маленький садик устроили, но привычки у бабок сохранилась. А во-вторых…
— Так то бабки, да еще в Петербурге. Культурная столица, град Петра, — постепенно оттаивала Стелла.
— А во-вторых, — продолжил я, — настучи куда-нибудь, сообщи в правоохранительные органы. У тебя же знакомые там есть? Или остались? Не могли не остаться.
— Э-э, друг мой, у них, у органов этих, сейчас иные заботы. Вот на днях один знакомый как раз из таких вот органов рассказал. Я за него ручаюсь, шутить по такому поводу не стал бы… хотя… черт его знает, тоже любит рассказывать всякие байки. Там у них так было. Расследуется типа, убийство. Собственно, расследовать там и нечего, и так все очевидно. Убийца известен, мотив понятен, все ясно, как полдень в двадцать втором веке. Но подозреваемого не арестуешь, да и сделать ничего нельзя. В общем, задолжала одна бабушка сразу нескольким банкам кучу кредитов. Долго ли, коротко ли, но в банках слегка обеспокоились. Как минимум — в одном банке. Бабушка-то и не думала по счетам платить, вот к ней целых двух коллекторов и отрядили. Надо сказать, бабке хорошо за девяносто. Или точно девяносто, не помню уже. Суть в том, что жила-поживала она до появления коллекторов вполне себе спокойно и особенно не тужила. Тут приезжают к ней в один недобрый, надо полагать, день, двое из ларца одинаковы с лица. Она их по доброте душевной, супчиком попотчевала, как потом заявила на следствии: «сами-то малость подустали с дороги и супчика моего захотели, ну я и угостила их, с дороги-то».






