ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кому сейчас интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или поиски беглого топ-менеджера? Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно... Куколка Александр Лонс От автора В предисловии к своему знаменитому роману «Скандал с Модильяни» Кен Фоллетт писал: «В современном остросюжетном романе герой, как правило, спасает мир. В традиционных приключенческих историях все куда скромнее: основной персонаж спасает собственную жизнь и, возможно, жизнь верного друга или отважной девушки. В еще менее сенсационных произведениях — незамысловатых, но добротно написанных повествованиях, которые составляли основу читательской диеты более чем столетие, — ставки могут быть даже ниже, хотя все равно только собственные усилия героя, его борьба, его решения самым драматическим образом определяют в итоге судьбу этого человека. Я же никогда не верил, что подлинная жизнь устроена именно так. В реальности совершенно неподконтрольные обстоятельства определяют, жить нам или умереть, станем мы счастливее или несчастнее, приобретем богатство или ввергнемся в нищету...» Ничего другого не остается, как только согласиться с авторитетным мнением мастера. В то же время, определенная интрига, предполагающая хоть немного глобальных последствий, обязана присутствовать. Кому интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или расследование исчезновения топ-менеджера предприятия? Читатель хочет приключений и чудес, желает разгадывать загадочные символы масонов, постигать сакральные тайны Ватикана веками хранимые в его подземельях, разбирать смертельно опасные письмена и совершать путешествия по лабиринтам прошлого. Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно из величайших преступлений начала XXI века… Представленный ниже текст носит фантастический характер, и не стоит его ассоциирова

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

* * *

— Чего так вырядился? — удивился Евгений, с интересом рассматривая мой облик. — Совсем плохой стал?

— От «хвоста» уходил, решил перестраховаться.

— Это хорошо, что решил. Так что у тебя там? Такого туману напустил, когда звонил, я нифига не понял. Как всегда, в какое-то жестокое дерьмо вляпался?

— Дело к тебе, причем дело для меня лично важное.

— А иных у тебя и не бывает. Давай, излагай. Что будешь: пиво, колу, сок или воду? Есть ром, коньяк и вискарь в ассортименте. Еще фисташки и две пачки крекеров.

— Воды, если можно. Ты же служил в армии?

— Сначала в охране аэродрома, потом в десанте. Если бы вовремя в спецсвязь не перевели, не знаю, кем бы стал.

— Тогда объясни мне как чайнику. Полная выкладка — это вообще как?

— Редкостная гадость. Вот смотри. Боевая выкладка — это то, что боец берет в бой. То бишь палатки, котелки и остальное. А вот полная выкладка — это вообще все. Совсем все. Шестьдесят килограммов, ага. Жратва тоже в полную выкладку входит, а не в боевую. У нас так и было, десантуру вечно снаряжали, как неродных. Особенно хорошо летом в жару на полигоне в полной химзащите. Это ты в резиновых сапогах, в комбинезоне и противогазе бегаешь. Еще с вещмешком и автоматом, этак километров двадцать марш-бросок. У нас отцы-командиры не забывали велеть носилки брать, а на них еще «раненых». Кроме своей выкладки, на носилках еще бугая тащить в районе центнера весом. Правда, носильщики временами менялись. Однажды одного из наших так принесли, только уже мертвого: инсульт. Зимой тоже радостно было: то по колено в снегу, то по холодной грязи. Автомат мешает, ротный орет. Нам в тот момент хотелось лишь одного — лечь и умереть. В общем, как говорила моя бывшая жена, — майский день, именины сердца. А тебе это все, собственно, зачем?

— Да вот наткнулся на инфу, как однажды ночью двое бежали из расположения «в полной боевой выкладке», при этом и от преследователей ушли, и следы свои затеряли каким-то непонятным образом. Я просто с трудом представляю, как можно бегом тащить на себе шестьдесят килограммов веса, тем более в экстремальной обстановке. Ночью через лес да еще погоня с собаками. Вот и спросил.

— Ну, я такое тоже слабо себе представляю. Хотя… мало ли что сейчас придумали. Облегченное исполнение, современные материалы, новые технологии, все дела. За такими вещами не слежу. А вообще… Или это абсолютная брехня, или спектакль для идиотов, или бежали супермены какие-то. Может, под пиво еще чего-нибудь расскажешь?

— А, давай. Не откажусь.

— Вот и правильно, а то у тебя сейчас сложное выражение щщей, мною переводимое как «да запишите вы, где находится кнопка "any key", в десятый раз показываю!» Ты что, хочешь кому-нибудь раскроить череп, весь мир заразить смертельной болезнью или кинуться под поезд?

— Да нет, пока еще не до того как-то.