ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кому сейчас интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или поиски беглого топ-менеджера? Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно... Куколка Александр Лонс От автора В предисловии к своему знаменитому роману «Скандал с Модильяни» Кен Фоллетт писал: «В современном остросюжетном романе герой, как правило, спасает мир. В традиционных приключенческих историях все куда скромнее: основной персонаж спасает собственную жизнь и, возможно, жизнь верного друга или отважной девушки. В еще менее сенсационных произведениях — незамысловатых, но добротно написанных повествованиях, которые составляли основу читательской диеты более чем столетие, — ставки могут быть даже ниже, хотя все равно только собственные усилия героя, его борьба, его решения самым драматическим образом определяют в итоге судьбу этого человека. Я же никогда не верил, что подлинная жизнь устроена именно так. В реальности совершенно неподконтрольные обстоятельства определяют, жить нам или умереть, станем мы счастливее или несчастнее, приобретем богатство или ввергнемся в нищету...» Ничего другого не остается, как только согласиться с авторитетным мнением мастера. В то же время, определенная интрига, предполагающая хоть немного глобальных последствий, обязана присутствовать. Кому интересны проблемы начальника охраны биотехнологического комплекса или расследование исчезновения топ-менеджера предприятия? Читатель хочет приключений и чудес, желает разгадывать загадочные символы масонов, постигать сакральные тайны Ватикана веками хранимые в его подземельях, разбирать смертельно опасные письмена и совершать путешествия по лабиринтам прошлого. Впрочем, не стоит торопиться. За обманчивой обыденностью повествования скрывается одно из величайших преступлений начала XXI века… Представленный ниже текст носит фантастический характер, и не стоит его ассоциирова

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хотя… у тебя какой-нибудь удобной бейсболки случайно нет? Я свою потерял.

— Есть, конечно, почему не быть? Сейчас… — Борис принес слегка ношеную камуфлированную кепку с вышитыми оленьими рогами и надписью «Yellowstone» на лбу. Шапочка была явно китайского производства.

— Сколько? — спросил я, разглядывая головной убор.

— Три тыщи. Настоящее американское качество.

— А неслабо ты дерешь с честных трудящихся!

— Не нравится, не бери. Такие вещи не залеживаются.

Минут через пять из магазина «Дизайнеская одежда» вышел я в обычном своем прикиде, отягощенный спортивной сумкой набитой всякими разными шмотками и с новой кепкой на голове. По-моему, конспирация удалась, и шпики ничего не пронюхали. Хотя… кто их знает. Но в окрестностях дома Евгения и у его подъезда ничего подозрительного не увидел и никакого наблюдения за собой не заметил.

12. Арина. Sound_Record3.3gpp

Так вот, однажды бабушка перестала ко мне приходить, а мама на все мои назойливые вопросы отвечала что-то маловразумительное. Зато соседка из квартиры рядом, баба Дуся, сразу же поведала, что бабушка моя умерла, и что она была ведьма. Я прекрасно знала, что такое смерть, и потом долго и горько плакала. А на бабу Дусю обиделась и обозлилась. В моем тогдашнем понимании «ведьма» — это такая жестокая Баба Яга — страшная, противная и вредная.

Вот тут-то и приключилось очередное странное происшествие. У меня случился, как теперь все говорят, когнитивный диссонанс. Мать вдруг заявила, что отныне я никакая не Оля, а Ира. Меня переименовали, и прежнее имя необходимо навсегда забыть. Даже мою метрику каким-то непонятным образом переделали, причем вполне официально.

Забыть, конечно же, ничего не смогла. Потом, сильно позже, стала употреблять свое «истинное» имя «Ольга» для общения с незнакомыми ранее людьми, а для сетевого общения, для соцсетей и интернетовских ников использовала германский вариант имени — «Хельга». Вернее — латинское его написание: «Helga». В результате на Темных Дневниках, в Живом Журнале и в Записках Бедного Готика была хорошо известна как Helga. Имя весьма популярное, к моменту моего появления в Сети в некоторых местах давно занятое, вот там и пришлось для оригинальности число приписать — Helga564.

Но все это было уже очень после, как ты понимаешь. Следующим ударом по детской психике стала отправка меня в подготовительную группу детского сада. Где-то перед школой, года за два или полтора, из подслушанных разговоров взрослых запомнила слова матери: «надо, чтобы ребенок социализировался». Я не поняла тогда, что такое «социализироваться», и решила для себя, что не стану поддаваться. Может поэтому, не знаю, но о той подготовительной группе, где меня «социализировали», остались крайне гадостные воспоминания. Гнусные и весьма отвратительные.