– Не хотите же вы сказать…
– Спросим у Амона еще раз! Что, если правление Тутмоса завершилось в тот же час, что и правление Хатшепсут?
Ошеломленному Менху Старшему захотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не отвечать.
В беседу двух сановников вмешался писец, давая жрецу желанную отсрочку. Он вручил первому министру маленький свиток папируса.
На документе стояла царская печать. Узер внимательно прочел короткий текст, потом с растерянностью взглянул на собеседника:
– Тутмос созывает во дворец всех чиновников высшего ранга, включая и нас с вами. Сегодня вечером, с заходом солнца.
, стройный… Чем не «могучий бык», «золотой сокол в расцвете своей магической силы», сын Амона во плоти, неразрывно связанный с божеством, его породившим?
Уж не грезит ли он, Узер, наяву? Кто посмел занять место неприметного любителя ритуалов Тутмоса, узурпировать царскую власть? Еще мгновение – и мираж рассеется… Мгновение, которое всем присутствующим показалось вечностью.
Наконец прозвучал глас фараона.
Глас третьего из Тутмосов, звучный и решительный.
– Я оставляю на посту Менха Старшего и приказываю ему закончить кварцитовый зал
[16]
для священной ладьи Амона, строительство которого началось при моей предшественнице, царице Хатшепсут. Отныне он будет называться «Место, где пребывает сердце Амона», дающее мне силы. Две огромные каменные статуи моих предков-фараонов
[17]
будут воздвигнуты в Карнаке.
Менх Старший, у которого отлегло от сердца, склонился перед повелителем. Этот приказ полностью соответствовал его собственным чаяниям.
По тону государя можно было угадать, какие еще последуют распоряжения: верховного жреца Амона он пощадил, показав себя искусным дипломатом, но уж первого министра с приспешниками наверняка отстранит, чтобы раздать должности тем, кому доверяет…
Пораженный столь внезапным преображением, Узер и не думал бунтовать. У страны появился молодой решительный правитель? Что ж, тем лучше…
Улыбка заиграла на устах некоторых сановников – так они радовались, что первый министр, временами уж слишком бескомпромиссный, повержен. Но кого же царь назначит на это место? Конечно же, чиновника опытного, которого не страшат интриги и происки врагов!
– Узер со своими министрами остаются при своих должностях, – постановил царь. – Они показали себя хорошими управленцами.
Присутствующие оцепенели от изумления. Не совершает ли Тутмос роковую ошибку? Вместо того чтобы возвысить своих приближенных, создать свою администрацию, он решил сохранить людей Хатшепсут!
Сорокалетний сановник с красивым аристократическим лицом выступил вперед:
– Ваше величество позволит?
– Мы слушаем, говори!
– Я – Антеф, главный глашатай и ваш личный секретарь. Прикажете и впредь обнародовать ваши повеления?
– Такова моя воля.






