ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться... Дар Наталья Васильевна Тимошенко Глава 1 18.. год С тех пор, как мать схватилась за огромный живот и со стоном упала на диван, а отец засуетился, забегал вокруг нее, не зная, что делать, прошло почти три дня. На свет готовился появиться уже пятый ребенок в большой семье, а он каждый раз терялся, как будто это было впервые. Тогда еще никто не знал, что снегом занесет всю деревню, а роженице понадобится помощь, потому за доктором не послали. Снег же не прекращался ни на минуту. Черная толстая туча, накрывшая деревню три дня назад, остановилась, зависла низко над землей и не собиралась никуда уходить. Сугробы намело такие, что приходилось откапывать дверь снаружи, чтобы выйти из дома. Снег залепил окна, кое-где добрался до крыш и заползал на них. В дымоходах завывал ветер, жалуясь на тяжкую долю и рождая в душах людей самые мрачные мысли. Крестьяне толпились у печей, а в большом доме помещика все время жгли свечи, чтобы было хоть что-то видно. День смешался с ночью. Поначалу из спальни, куда отнесли мать, слышались душераздирающие крики, от которых холодели руки и страх огромными волнами бежал по спине, но и они вскоре затихли. Со вчерашнего вечера из спальни доносились только бормотания повитухи да тревожный шепот слуг. Вызвать доктора теперь было невозможно, поскольку дороги замело так, что никакая лошадь по ним пройти не могла. Утром отец все же распорядился послать за доктором конюха пешком, но тот до сих пор не вернулся. Его жена плакала на кухне, жаловалась кухарке. – Что мне теперь делать? – спрашивала она, вытирая лицо грязным передником. – Не плачь заранее, – не слишком уверенно утешала ее кухарка Матрена. – Может, вернется еще твой Степан. А если не вернется, бари

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Что? – шепотом спросила она, боясь нарушить таинственную тишину в прихожей.

– Они на крыше. Набережная Фонтанки, я знаю этот дом.

Еще несколько секунд они смотрели друг на друга, безмолвно спрашивая, стоит ли доверять этой информации, но потом разом решили, что другой все равно нет.

Они уже были на пороге дома, когда Марк вдруг услышал голос Карпова:

– Марк…

Он остановился и обернулся. Призрак стоял все на том же месте, не приближаясь, но и не растворяясь в воздухе.

– Души ведь не всегда уходят из этого мира? – спросил он.

Марк отрицательно покачал головой.

– Что держит их здесь?

– Чувства. Любые очень сильные чувства к кому-то в этом мире. Вот что главное.

Призрак кивнул, и Марку даже показалось, что по его губам скользнула улыбка. Вглядываться он не стал: Рита уже ждала его у калитки, за которой осталась машина.

– Садись за руль, – велел Марк, снова занимая пассажирское сиденье. – Я позвоню Лере.

* * *

Темно-серый шестиэтажный дом возвышался над пустынной в это время суток набережной, отражаясь в еще не покрывшейся льдом воде. Ни одно окно в нем не светилось, и все соседние дома как по заказу тоже оказались темными и безжизненными. Мелкий снег, падающий с неба, таял, едва касаясь асфальта. Стояла такая пронзительная тишина, которой не бывает в большом городе даже ночью. Она пробиралась в уши, спускалась ниже по телу и холодила пальцы на руках.

Когда они подъехали к дому, большой тонированный джип уже стоял возле первой парадной. Не дожидаясь, пока Рита припаркуется, Лера вышла из машины и остановилась рядом с ней. Водитель что-то сказал ей, но она лишь махнула рукой.

– Спасибо, что приехала, – благодарно улыбнулась ей Рита, тоже выскакивая на улицу.

– Ты права, я тебе задолжала, – пожала плечами Лера. На Марка она даже не взглянула, но он не винил ее в этом.

Дверь парадной оказалась не просто не заперта, но даже чуть приоткрыта, как будто их здесь ждали. Это практически убедило Марка в том, что Лиза и Гретхен действительно крыше. Карпов не солгал. Не тратя больше времени на бессмысленные разговоры, они вбежали в парадную и бросились к лестнице. Большой лифт с резными решетками стоял здесь же, но никто не стал им пользоваться. Они не представляли, как будут спокойно стоять в нем, пока он будет медленно ползти наверх. А если застрянет?

В какой-то момент Марк просто-напросто перестал ощущать боль в ноге, как будто той надоело посылать бесполезные нервные импульсы. Адреналин в крови на время исцелил ее, и Марк не хотел даже думать о том, что будет, когда его волшебные свойства закончатся. Не это сейчас было важным.

Дверь на чердак тоже оказалась открыта. Здесь, на высоте нескольких десятков метров, было намного холоднее, чем на земле.