Не интересовался уставом и правилами института, но Дашке можно верить: они есть, и сегодня я их нарушил. Для полного счастья мне сейчас только выговора или штрафа не хватает! Оправдываться нечем: не о снах же рассказывать! Да и не поверит никто. Несколько раз я нервно оглядывался, чтобы убедиться: меня никто не видит.
Дверь чёрного хода оказалась приоткрыта: грузчики тащили из припаркованной рядом машины здоровенные деревянные подносы с пирожками, булочками, бутербродами и пирожными для буфета. В воздухе витали аппетитные запахи. Я вынырнул на улицу, ноги помчались к дому со скоростью, какая не снилась и волку из моего ночного кошмара.
На первом же углу стройная черноволосая девушка едва успела отскочить. Я запоздало понял, что мог сбить её с ног. Изо рта вылетело дежурное извинение, и я ринулся дальше. Лишь через несколько метров пришло осознание: я совсем недавно видел это красивое лицо! Догадка ошеломила меня, животный страх заставил остановиться посреди улицы. Не может быть!
Брюнетка с собранными в хвост волосами спешила в сторону института. Тёмная юбка почти до земли, светлая блузка со стоячим воротничком, точёная фигурка… Девушка Тамара словно явилась на улицу из моего сна: это она встречалась ночью с альбиносом! Даже одежда осталась та же, изменилась только причёска.
Я торопливо отвернулся. Всему можно найти объяснение. Скорее всего, я видел брюнетку в городе и раньше. Она меня не заинтересовала: красивая, но не в моём вкусе. На уровне подсознания девушка почему-то запомнилась, и её образ возник в кошмарном сне… Разъяснение откровенно слабенькое, но иного придумать не получалось.
Я плёлся дворами к дому, невольно отмечая места ночного пути оборотня. В этот подъезд вошла зеленоглазая блондиночка, запах которой так манил чудовище из моего сна. Надо же, на асфальте и впрямь красуется свежая надпись кривоватыми синими буквами. Приглядываться, что именно написано перед подъездом, не хотелось. Тревога усиливалась: слишком многие детали совпадали с ночным кошмаром.
Вот здесь две старухи обсуждали исчезновение перепуганной Таси. Тут мне стало дурно. А вот и лавочка, где я заснул. Сейчас там что-то обсуждают четыре бабуси. Одну я узнал: это она выгуливала собачку Линду и рассказывала про окончательно обезумевшую Тасю.
Под фонарем всё так же стоит внедорожник, а рядом оглашает пространство изощрённой руганью крепкий бритоголовый мужик.
– Что такое, Валера?
Одна из бабуль в предвкушении скандала или хотя бы интересной новости бойко заковыляла к нему.
– Сигнализацию надо ставить! – со злостью ответил бритоголовый. – Гляньте, какую вмятину ночью сделали!
Он снова заковыристо выругался.
– На лапу собачью похожа, – покачала головой бабуся.






