ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Студент-экономист Максим оказывается в самом центре невероятных фантастических событий. Он и поверить не мог, что попадет в мир двух древних враждующих рыцарских орденов и оборотней. Как выбраться из... Двуликий Анна Гале Глава 1. Перед катастрофой Серый поезд неспешно отчаливал от платформы. Я усердно махал ему рукой, губы растягивались в счастливой улыбке. Наконец-то, свободен! Колёса постепенно пробуждались, их движение ускорялось, перестук становился всё громче. Я шёл рядом с вагоном, а мать посылала воздушные поцелуи из окна купе. Новенькое широкое кольцо на её безымянном пальце мягко светилось золотом в лучах утреннего солнца. Для полноты умилительной картины не хватало лишь белоснежного платочка в моей высоко поднятой руке. Наконец-то! Я мечтал проводить мать под венец с тех пор, как начал что-то соображать. Двадцать один год она опекала меня так активно, что мне хотелось удрать на край света. Не сомневаюсь, мама нашла бы меня и там. Она появилась бы хоть в тундре, хоть в пустыне, возникла бы даже среди арктических льдов и обрушила бы на голову неблагодарного сына камнепад упреков в эгоизме и бесчувственности. Последней меня придавила бы глыба назойливой материнской заботы. Впрочем, я и так постоянно под ней барахтаюсь. «Максюша, ты зубы почистил? Носочки надень беленькие! Они больше подходят к брюкам, что я на сегодня погладила… Никакой яичницы, ни в коем случае! Каша на завтрак – это полезно… Куда ты собрался? С кем? Когда вернёшься? Смотри, чтобы в девять был дома!» Стоило возразить хотя бы в мелочи, как мать тут же пускала в ход свои главные козыри – сердечный приступ или скакнувшее давление. Спасибо непрестанному присмотру заботливой мамули: у меня нет ни друзей, ни, тем более, постоянной девушки. Учусь я в выбранном матерью частном институте («Сынок, экономическое образование – то, что нам надо, я уверена! И зачем ездить на занятия, если тебя можно устрои

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Круглое лицо раскраснелось, воспалённые глаза жмурятся от света, на лысине выступили капли пота, а мощный кашель аж сгибает бедолагу.

Дядя Валя вяло пожал протянутую руку.

– Что хотел, Максим? – выкашлял он.

– Я к тете Люсьене, – пробормотал я. – Хотел забрать кое-что…

– Привет, Максим!

Из кухни выглянула растрёпанная блондинка в потёртых обтягивающих джинсах и слишком длинной и широкой для хрупкой фигурки выцветшей футболке. Романтический вечер накрылся медным тазом, доверху забитым таблетками и горчичниками. Для всех это только к лучшему.

– Тётя Люсьена, здравствуйте! Извините, что не вовремя, я ключи потерял, хотел взять у вас запасные… – на одном дыхании выпалил я.

Сейчас Люсьена не возражала, чтобы её называли «тётей». Блондинка поспешно втащила меня в кухню. На плите что-то булькало одновременно в трёх кастрюлях. В нос ударили крепкие запахи куриного бульона и заваренных трав. На столе выстроился батальон лекарств – пузырьков, коробочек, пшикалок и блистеров с таблетками.

– Молодец, выкрутился, – скороговоркой зашептала Люсьена. – Извини, что не предупредила. Валентин пришёл с высоченной температурой, всё из головы вылетело. Сейчас принесу ключи, – громче добавила она. – Чайку попьёшь?

Разумеется, по всем правилам приличия хозяйка должна предложить чаю, а незваный гость – отказаться. Только я сюда пришёл не в ритуальные игры играть. Хорошо, что дядя Валя дома, так будет проще раскрутить Люсьену на рассказ об отце. Наверняка ей сейчас хочется выпроводить меня как можно скорее.

– Да, спасибо, – громко ответил я.

Лицо Люсьены слегка вытянулось. Вот и хорошо.

– Чаем меня можно не поить, – добавил я шепотом. – Только я отсюда не уйду, пока об отце не расскажете.

– О, Господи! О каком ещё отце? – с наигранным недовольством буркнула Люсьена.

– О моём. Вы же его знали?

– Максим, это уже называется шантаж, – кокетливо погрозила пальчиком блондинка.

– Пусть будет шантаж, – в тон ей согласился я.

– Совсем повзрослел мальчик, – хмыкнула Люсьена. – Ладно, расскажу, только матери не проговорись, Ленка меня убьёт.

Я кивнул. Может, и не убила бы, но скандал у давних приятельниц произошёл бы мощный. Думаю, мамуле достаточно было бы узнать о нашем с Люсьеной утреннем разговоре, чтобы примчаться из Питера разбираться с дорогой подругой. Только молодящуюся дамочку это совсем не заботит.

– Мы учились на первом курсе, а он – на четвёртом, – заговорила блондинка.

Люсьена присела на кухонный диванчик. Я плюхнулся на табуретку через стол от взбалмошной хозяйки. Стоит держаться от неё подальше, мало ли что взбредёт в голову ненормальной блондинке! Вон, уже опять глазками стреляет. Странная она. Мужа, вроде, любит: заботится, лекарств накупила, бульончик варит.