Джинса обагрилась кровью, стало горячо и я начала падать в обморок, даже не успев закричать. Это не из-за боли, я панически боюсь вида крови.
Кто-то подхватил меня, это я помнила, следующее как в тумане. Пришла в себя уже в машине.
— Что? Куда вы меня везете?! Вы кто вообще?! — обратилась я к водителю, но услышав позади шумное дыхание, обернулась и вжалась спиной в дверь.
Позади меня, в открытом багажнике сидела эта псина.
— Я Костя, в больницу вас везу. Простите ради бога, не знаю, что на Дарка нашло, он никогда в жизни ни на кого не набрасывался. — стал оправдываться хозяин собаки.
— У вас есть зарядка для телефона? — потрогала распирающую от боли ногу.
Зря. Рука испачкалась в крови, я посмотрела и снова разрыв с реальностью. Очнулась, от резкого запаха. Парень совал мне под нос бутылку с ацетоном. Отмахнулась.
— Идти сможете? — спросил, с какой-то необъяснимо трогательной надеждой.
— Попробую. — решительно встала, с помощью этого Кости, не было времени на нытье, нужно срочно домой попасть.
До приемного отделения травмпункта я не дошла, попытка прыгать на неповрежденной ноге вызывала боль в пострадавшей, и Костя решительно взял меня на руки.
Счастьем в этой всей ситуации было то, что приняли нас сразу.
— Придется резать. — хмурясь заявил хирург.
— Как резать? Что все так плохо? А как? Как я без ноги? Я не могу! У меня ребенок маленький... — поток моих слов хирург прервал, приложив палец к губам, и я послушно заткнулась.
Была слабая надежда, что ногу этот медведь мне оставит, если я буду молчать.
— Джинсы, — скучающе уточнил хирург, — Придется резать.
— Режьте! — смело разрешила, переглянувшись с бледным Костей.
— Отлично. — хирург откатился на табурете с колёсниками к столу и звякнув инструментами, выудил из лотка ножницы.
— Я смотреть не буду! — зажмурилась, когда он прикатился обратно ко мне и схватился за джинсовый край гачи. — Я вида крови боюсь... — прошептала, чувствуя, и слыша, как врач начал резать джинсы, и поняла, что мне даже видеть не нужно эту кровь, достаточно знать, что она там есть.
Как зашивали мою ногу и накладывали повязку я не помню, зато отлично запомнились Костины увещевания о том, что его пес не бешенный и усыплять его никак нельзя.
— Просто отвезите меня домой. — попросила устало, надеясь, что няня еще не позвонила в полицию, совсем забыв, кому она могла позвонить если вдруг что.
— Хорошо, спасибо! Я вам джинсы и лекарства оплачу.
— Лучше купите своему псу намордник. — совершенно беззлобно попросила Костю, садясь наконец-то в его машину, на переднее попросилась, чтоб подальше от его псины.
До дверей квартирки доковыляла сама. Полина, открыв ее, всплеснула руками увидев меня.






