ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Заключив фиктивный брак, Руслан Катаев даже не предполагал, что развод будет самым настоящим. Герой злыдень, а героиня влюблена в него по уши. Откровенные сцены, ненормативная лексика, счастливый фина... Развод Светла Литвин Пролог — Вот тебе твой миллион. — я положил на тумбу пачку денег. Наверное, я уже тогда понимал, что она заберёт их и уйдёт. Специально отдал ей их, потому что сил ни каких не было больше, наблюдать за всем этим блядством. Слушать её стоны по ночам и понимать, что это всё тупо проплачено. Весь этот театр. Да я понимал, что мне будет херово без неё, что я как наркоман, а она моя доза до тошноты банально. Но сам бы я не смог её вышвырнуть вон. Я и эту пачку денег, когда нёс, она мне жгла руку, словно кричала; — Остановись Руслан! Ты же любишь её! Остановись! Она сбежит! Но я сделал этот шаг, и она ушла. Уже на следующий же день, я вернулся домой, а её нет. Я не злился в этот вечер на неё, лишь вспоминал нашу с ней последнюю ночь. Она была такой нежной, словно благодарной и счастливой, ластилась словно кошка. Я даже на какое-то время забыл обо всём. Просто был счастлив, без всяких "если бы". На второй день пришла злость, отчаянье, началась самая настоящая ломка. Нехватку её дымчатых глаз, пепельных локонов, нежных рук, аромата ванили, исходящего именно от нее, который без самой Таси был бледным и не волновал нутро, да и перечислять можно было до бесконечности, всё это, всю ее заменил алкоголь. — Послушай. Хватит! Я не могу больше смотреть как ты себя убиваешь! — отчитывала меня, влетевшая в офис сестра Эльвира. — Чушь! — отбил, одним словом, отпивая из стакана спиртное. — Ты что-то ещё хотела? — я посмотрел на сестру и увидел как по её щекам текут слёзы. — Я не могу больше... не могу смотреть как ты убиваешься. Тася никогда не была той, за которую ты её принимаешь! — Эльвира сотрясаясь плакала, опираясь руками о стол. Но мне сейчас впервые не было де

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Джинса обагрилась кровью, стало горячо и я начала падать в обморок, даже не успев закричать. Это не из-за боли, я панически боюсь вида крови.

Кто-то подхватил меня, это я помнила, следующее как в тумане. Пришла в себя уже в машине.

— Что? Куда вы меня везете?! Вы кто вообще?! — обратилась я к водителю, но услышав позади шумное дыхание, обернулась и вжалась спиной в дверь.

Позади меня, в открытом багажнике сидела эта псина.

— Я Костя, в больницу вас везу. Простите ради бога, не знаю, что на Дарка нашло, он никогда в жизни ни на кого не набрасывался. — стал оправдываться хозяин собаки.

— У вас есть зарядка для телефона? — потрогала распирающую от боли ногу.

Зря. Рука испачкалась в крови, я посмотрела и снова разрыв с реальностью. Очнулась, от резкого запаха. Парень совал мне под нос бутылку с ацетоном. Отмахнулась.

— Идти сможете? — спросил, с какой-то необъяснимо трогательной надеждой.

— Попробую. — решительно встала, с помощью этого Кости, не было времени на нытье, нужно срочно домой попасть.

До приемного отделения травмпункта я не дошла, попытка прыгать на неповрежденной ноге вызывала боль в пострадавшей, и Костя решительно взял меня на руки.

Счастьем в этой всей ситуации было то, что приняли нас сразу.

— Придется резать. — хмурясь заявил хирург.

— Как резать? Что все так плохо? А как? Как я без ноги? Я не могу! У меня ребенок маленький... — поток моих слов хирург прервал, приложив палец к губам, и я послушно заткнулась.

Была слабая надежда, что ногу этот медведь мне оставит, если я буду молчать.

— Джинсы, — скучающе уточнил хирург, — Придется резать.

— Режьте! — смело разрешила, переглянувшись с бледным Костей.

— Отлично. — хирург откатился на табурете с колёсниками к столу и звякнув инструментами, выудил из лотка ножницы.

— Я смотреть не буду! — зажмурилась, когда он прикатился обратно ко мне и схватился за джинсовый край гачи. — Я вида крови боюсь... — прошептала, чувствуя, и слыша, как врач начал резать джинсы, и поняла, что мне даже видеть не нужно эту кровь, достаточно знать, что она там есть.

Как зашивали мою ногу и накладывали повязку я не помню, зато отлично запомнились Костины увещевания о том, что его пес не бешенный и усыплять его никак нельзя.

— Просто отвезите меня домой. — попросила устало, надеясь, что няня еще не позвонила в полицию, совсем забыв, кому она могла позвонить если вдруг что.

— Хорошо, спасибо! Я вам джинсы и лекарства оплачу.

— Лучше купите своему псу намордник. — совершенно беззлобно попросила Костю, садясь наконец-то в его машину, на переднее попросилась, чтоб подальше от его псины.

До дверей квартирки доковыляла сама. Полина, открыв ее, всплеснула руками увидев меня.