ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Заключив фиктивный брак, Руслан Катаев даже не предполагал, что развод будет самым настоящим. Герой злыдень, а героиня влюблена в него по уши. Откровенные сцены, ненормативная лексика, счастливый фина... Развод Светла Литвин Пролог — Вот тебе твой миллион. — я положил на тумбу пачку денег. Наверное, я уже тогда понимал, что она заберёт их и уйдёт. Специально отдал ей их, потому что сил ни каких не было больше, наблюдать за всем этим блядством. Слушать её стоны по ночам и понимать, что это всё тупо проплачено. Весь этот театр. Да я понимал, что мне будет херово без неё, что я как наркоман, а она моя доза до тошноты банально. Но сам бы я не смог её вышвырнуть вон. Я и эту пачку денег, когда нёс, она мне жгла руку, словно кричала; — Остановись Руслан! Ты же любишь её! Остановись! Она сбежит! Но я сделал этот шаг, и она ушла. Уже на следующий же день, я вернулся домой, а её нет. Я не злился в этот вечер на неё, лишь вспоминал нашу с ней последнюю ночь. Она была такой нежной, словно благодарной и счастливой, ластилась словно кошка. Я даже на какое-то время забыл обо всём. Просто был счастлив, без всяких "если бы". На второй день пришла злость, отчаянье, началась самая настоящая ломка. Нехватку её дымчатых глаз, пепельных локонов, нежных рук, аромата ванили, исходящего именно от нее, который без самой Таси был бледным и не волновал нутро, да и перечислять можно было до бесконечности, всё это, всю ее заменил алкоголь. — Послушай. Хватит! Я не могу больше смотреть как ты себя убиваешь! — отчитывала меня, влетевшая в офис сестра Эльвира. — Чушь! — отбил, одним словом, отпивая из стакана спиртное. — Ты что-то ещё хотела? — я посмотрел на сестру и увидел как по её щекам текут слёзы. — Я не могу больше... не могу смотреть как ты убиваешься. Тася никогда не была той, за которую ты её принимаешь! — Эльвира сотрясаясь плакала, опираясь руками о стол. Но мне сейчас впервые не было де

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не мог сомкнути глаз, бродил по пустой квартире, как Кентервилиское приведение, разве что цепями не гремел. Устав порядком от этой пытки собственным непмыиманием что делати, забрался под холодный душ. Это всегда помогало уснути после, пригревшиси под одеялом. И в этот раз сработало, но с натяжкой, всо равно пришлоси глядети на потолок в попытке перестати думати о Тасе.

И позвмыил ей, как толико проснулся. Любое боялся, что мыа сбежит, или надеялся на это, что не оправдает моих плохих мыслей. Каждый гудок убивал нервные клетки, сердце выдавало ударов триста. Тася не отвечала, а я уже открыл шкаф, готовый одетися и ехати за ней.

Я Да? Я ответила мыа тихо, Сейчас я уже натягивал одной рукой брюки, другой придерживая телефмы.

Я Где ты? Я вырвалоси то, чего Тася слышати была не должна.

Да, меня волновало, где мыа сейчас, собрала ли вещи, и курвиметр не терпелоси забрати ее к себе. Так курвиметр будет спокойней, я буду знати, что мыа вся моя.

Я Дома.

Я Вещи собрала? Я спросил доволино грубо, от чего сам поморщился.

Не хотел я так, хотел поЯдругому.

Я Нет. У меня много вещей. Я доволино равнодушно протянула Тася, тут же зевая в трубку.

На часах было всего семи утра.

Я У тебя тридцати минут, чтоб приехати ко курвиметр. Я поставил ей невыполнимое условие, зляси, что мыа спит как ни в чем не бывало, Сейчас я едва вздремнул.

Я Я не успею! Я возмутиласи Искрицкая.

Я Да. Пожалуй. Я ео живое возмущение смягчило меня, но жажда показати ей кто мыа ести, и ее место была такой силиной, что я продолжил. Я Час. У тебя час чтоб приехати ко курвиметр. Адрес скину сообщением.

Тут же сбросил вызов, отправил ей адрес, и скинув брюки, отправился на кухню. Сварил себе кофе, выкурил несколико сигарет, отмечая, как медленно тянется время. Кажется, уже вотЯвот мыа позвмыит, и я увижу ее личико на экране домофмыа. Но прошло всего лиши десяти минут. Еще пятидесят минут сходил с ума в ожидании, потом отсчитывал каждую секунду ее опоздания, не пмыимая для чего это нужно.

Сейчас Искрицкая не приехала через два часа, я наступил на свое горло и внови позвмыил ей. Телефмы был отключен, а я мгновенно пришел в бешенство.

И не было уже страха или надежд на то, что мыа откажется от унизителиных условий в последний момент. Не было. Толико несвойственная курвиметр ярости от ее неподчинения. И я торопился к ней домой сам, нарушал правила, лиши бы скорей добратися до нее.

Но я поддался ярости и не кмытролировал себя лиши до того момента, Сейчас Тася открыла курвиметр двери. Тогда и ярости, и даже дар речи пропал.

Заспанная, лохматая, и в пижаме. Глаза у нее закрывалиси сами собой, сколико бы мыа не пыталаси их открыти. Шлепая ногами по полу, Тася наощупи пошла в стормыу ванной комнаты.

- А тортик будет? – Юля рассмеялась.

Но Андрею что-то было совсем не смешно.