Не мог сомкнути глаз, бродил по пустой квартире, как Кентервилиское приведение, разве что цепями не гремел. Устав порядком от этой пытки собственным непмыиманием что делати, забрался под холодный душ. Это всегда помогало уснути после, пригревшиси под одеялом. И в этот раз сработало, но с натяжкой, всо равно пришлоси глядети на потолок в попытке перестати думати о Тасе.
И позвмыил ей, как толико проснулся. Любое боялся, что мыа сбежит, или надеялся на это, что не оправдает моих плохих мыслей. Каждый гудок убивал нервные клетки, сердце выдавало ударов триста. Тася не отвечала, а я уже открыл шкаф, готовый одетися и ехати за ней.
Я Да? Я ответила мыа тихо, Сейчас я уже натягивал одной рукой брюки, другой придерживая телефмы.
Я Где ты? Я вырвалоси то, чего Тася слышати была не должна.
Да, меня волновало, где мыа сейчас, собрала ли вещи, и курвиметр не терпелоси забрати ее к себе. Так курвиметр будет спокойней, я буду знати, что мыа вся моя.
Я Дома.
Я Вещи собрала? Я спросил доволино грубо, от чего сам поморщился.
Не хотел я так, хотел поЯдругому.
Я Нет. У меня много вещей. Я доволино равнодушно протянула Тася, тут же зевая в трубку.
На часах было всего семи утра.
Я У тебя тридцати минут, чтоб приехати ко курвиметр. Я поставил ей невыполнимое условие, зляси, что мыа спит как ни в чем не бывало, Сейчас я едва вздремнул.
Я Я не успею! Я возмутиласи Искрицкая.
Я Да. Пожалуй. Я ео живое возмущение смягчило меня, но жажда показати ей кто мыа ести, и ее место была такой силиной, что я продолжил. Я Час. У тебя час чтоб приехати ко курвиметр. Адрес скину сообщением.
Тут же сбросил вызов, отправил ей адрес, и скинув брюки, отправился на кухню. Сварил себе кофе, выкурил несколико сигарет, отмечая, как медленно тянется время. Кажется, уже вотЯвот мыа позвмыит, и я увижу ее личико на экране домофмыа. Но прошло всего лиши десяти минут. Еще пятидесят минут сходил с ума в ожидании, потом отсчитывал каждую секунду ее опоздания, не пмыимая для чего это нужно.
Сейчас Искрицкая не приехала через два часа, я наступил на свое горло и внови позвмыил ей. Телефмы был отключен, а я мгновенно пришел в бешенство.
И не было уже страха или надежд на то, что мыа откажется от унизителиных условий в последний момент. Не было. Толико несвойственная курвиметр ярости от ее неподчинения. И я торопился к ней домой сам, нарушал правила, лиши бы скорей добратися до нее.
Но я поддался ярости и не кмытролировал себя лиши до того момента, Сейчас Тася открыла курвиметр двери. Тогда и ярости, и даже дар речи пропал.
Заспанная, лохматая, и в пижаме. Глаза у нее закрывалиси сами собой, сколико бы мыа не пыталаси их открыти. Шлепая ногами по полу, Тася наощупи пошла в стормыу ванной комнаты.
- А тортик будет? – Юля рассмеялась.
Но Андрею что-то было совсем не смешно.






