ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мы принимаем судьбы, которые заслуживаем. Но Акос влюблен вопреки судьбе. И должен умереть на службе роду Ноавеков. Когда Лазмет Ноавек возвращается на шотетский престол, Акос понимает, что конец неиз... Судьба Вероника Рот Veronica Roth The Fates Divid © Михайлова-Сдобнова Ю.А., перевод на русский язык, 2019 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020 * * * Владыка был мягок с женой, чего никогда не позволял себе по отношению к кому-либо еще. Мой братец же пришел в этот мир мягкосердечным, но позже ожесточился и превратился в изверга, способного изводить пытками собственную сестру. Ризек перенял привычку отца вырезать человечьи глаза и консервировать их таким образом, чтобы они не загнивали. Банки хранились в оружейном зале на тускло освещенных полках, закрепленных высоко над моей головой. Я частенько захаживала на них поглазеть, прежде чем узнала об их истинном содержании. Зеленые, карие и серые радужки плавали, словно рыбки на поверхности аквариума в ожидании кормежки. Отец никогда не извлекал органы зрения собственноручно. И не поручал этого другим. Лазмет использовал токодар, чтобы подчинять тела врагов своей воле, – и те проделывали этот «трюк» сами. Смерть – не единственное наказание для человека. Ведь можно подарить ему ночные кошмары. Позже Акос Керезет нашел меня на навигационной палубе небольшого судна, которое уносило нас прочь – все дальше от планеты, которую я считала домом, где на данный момент назревала война между моим народом – шотетами и земляками Акоса – тувенцами. Я уселась в командирское кресло и принялась раскачиваться взад-вперед, пытаясь успокоиться. Мне хотелось поведать Акосу о том, что рассказал мне Ризек. Что мой отец жив. Если, конечно, Лазмет был мне отцом, а Ризек – братом. Было похоже, что Ризек не сомневался, когда сообщал, что не является мне кровным родственником и что я – не истинный Ноавек. Именно поэто

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Наконец я пришла в себя.

– Иди наверх, – скомандовала я Исэй. – И уведи с собой Сизи.

Сперва мне показалось, что канцлер собиралась возразить, но передумала. Она швырнула прямо себе под ноги орудие убийства – обычный кухонный нож – и подошла к Сизи.

– Тека, – продолжила я. – Будь добра, отведи Акоса наверх.

– А ты… – начала Тека, но тут же умолкла. – Хорошо.

Исэй с Сизи и Тека с Акосом оставили меня. Здесь. Одну. С бездыханным телом брата. Тиран скончался рядом со шваброй и средством для дезинфекции. «Как символично», – подумала я и подавила смешок. Точнее, попыталась. Но не смогла. В секунды, когда мои ноги подкашивались от смеха, я запускала пальцы в волосы – с той стороны, где была вживлена дермоамальгама, дабы напомнить себе, как Ризек резал меня ради увеселения толпы, как вселял в меня свои воспоминания, будто я была заводом по переработке боли. Все мое тело покрывали шрамы, которые нанес Ризек Ноавек.

Теперь я свободна от него.

Успокоившись, я принялась убираться за Исэй Бенезит. Тело Ризека не внушало мне страха, так же как кровь. Я поволокла его за ноги в коридор. От усилий по моей шее заструился пот. Мертвым Ризек был увесист, полагаю, как и при жизни. И это при его-то тощем телосложении. Когда подошла предсказательница Сифа, мать Акоса, я не промолвила ни слова – лишь наблюдала за тем, как она подкладывала парусину под тело Ризека, чтобы его укрыть. Сифа нашла на складе нитку с иголкой и помогла мне соорудить самодельный похоронный чехол.

Если шотетские похороны проводились на суше, они включали в себя обряд сожжения, как и в большинстве культур нашей разношерстной Солнечной системы. Но особой честью считалось погибнуть в космосе во время Побывки. Мы укутывали тела полностью, оставляя голову, чтобы родные имели возможность проститься с близким человеком. Когда Сифа сдвинула ткань с лица Ризека, я поняла, что она изучала наши обычаи.

– Я видела так много вариантов развития событий, – наконец заговорила Сифа, вытирая пот со лба. – Не думала, что все сложится именно так. Я бы предупредила тебя.

– Нет, не предупредили бы. – Я пожала плечами. – Вы вмешиваетесь, только когда преследуете личные цели. Мои проблемы вас не трогают.

– Кайра…

– Мне плевать. Я ненавидела его. Просто… не нужно изображать, будто вам есть до меня дело.

– Я не лукавлю, – ответила Сифа.

У нее определенно было что-то общее с Акосом. Мимика и жесты – да, здесь я узнавала его. Подвижные брови, быстрые и ловкие движения рук. Но черты лица, смуглая кожа, невысокий рост – это было совсем не похоже на Акоса.

Я не знала, как проверить, насколько она была честна, поэтому размышлять об этом не стала.

– Поможете закинуть его в мусороотвод?

Я взялась за тяжелую сторону – с головой и плечами, а Сифа подняла ноги.