Дух Ензо, не дождавшись ответа от собеседника, повернул лицо в сторону скелетика и состроил не одобряющую гримасу. Лишь через несколько долгих секунд, всё обдумав, Олдор заговорил:
– Тебе одна фигурка ничего не даст, станешь тупым скелетом. И вообще с какой стати мы тебе чем-то обязаны? – после этих слов, павшего короля немного передёрнуло, сам себя не обманешь… Но он продолжил стоять на своём.
«Никакой жалости к нежити, никакой жалости к нежити…» – повторил он в мыслях пару раз.
– Тупым не тупым… я всё равновь же сгожусь. Я многонь каво умею.
– Да отстанешь ты наконец или нет?! – возмутился Олдор, его терпение окончательно лопнуло, – пшёл вон от сюда. Ты беспомощный и жалкий, ничего не понимаешь!
– Но… ну… ты прав, говариваешь, как мудрмец. Пока не получу фигурку не уйдуть! И всё туть!
– Давайте я его сожгу, – хохотнул мальчишка.
– Не трать силы, хотя, наверное, как боксёрская груша он сгодится, – сказал Олдор и вмазал призраку прямо в лицо.
– Ах ты тварёжник! – вскрикнул дух.
Кулак прошёл через серый силуэт, прямо через раскрытый рот, словно через очень густой туман. Призрак, разумеется, ничего не почувствовал. Быть может были задеты только его самолюбие и чувство гордости. Впрочем, это ведь не пощёчина, а значит ничего унизительного в ударе нет. Огромная округлая рана с разорванными и размытыми краями быстро затянулась и выровнялась, словно вода, в которую бросили совсем крошечный камушек. Губы и зубы, встали на свои места, материализовались из воздуха.
Крыс, который совсем недавно не проявлял и капли агрессии, как с цепи сорвался. Он увидел, что его хозяин ударил серый мутный силуэт. А ничего, кроме, как знака для нападения, такой жест обозначать не может. Нежить-зверь понимал это на каком-то интуитивном уровне, как и всё остальное. Он злобно прорычал, скребанул маленькими, но острыми и изогнутыми когтями землю. Побежал прямо на призрака и сиганул высоко верх, звучно клацнув резцами. Прыжок получился не самым высоким, да и до духа крыс совсем не допрыгнул.
– Ох-охо-ох-х… хп-п-хп! Да хоть целый день тарабантися об меня. Я на своём сточе будуть, – пояснил призрак Ензо, оставаясь на месте. Он даже не думал куда-то улетать, не получив заветную красную фигурку.
Кто знает, может быть это вообще его последний шанс вернуть физическую форму. Впрочем, даже этого мало, ведь безумный скелет вряд ли сможет добиться больших успехов, а уж тем более раздобыть где-то так необходимые ещё три красных фигурки. Сложно представить что-то, что может быть хуже, чем превращение в призрака. Любой дух осознаёт, сколько ему, вернее даже тем, кто захотят помочь, необходимо приложить усилий.
Ух, если бы только призраки умели сходить с ума, то делали бы это чаще, чем что-либо в Лонэхов.






