ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Соперничество великих родов и внутриклановые интриги, кибернетические атаки и террористические угрозы, биомагические эксперименты и прорывные открытия — Виктор никогда не хотел жить в век потрясений. Вызов Алекс Каменев Глава 1 Окрестности Златограда. Владение клана Мамонтовых. «Обитель Стужи» — Цитадель принца Виктора. 12:15 Воздухолет завис на положенном расстоянии, терпеливо ожидая разрешения на посадку. Стенка посадочной площадки постепенно начала истаивать, давая доступ в ангар. Я скользнул глазами по летающему аппарату необычной формы. Он походил на сплющенное яйцо, вытянутое и растянутое, с утолщением на корме. Силуэт сглаженный, почти без острых углов, с боков выглядывали небольшие стабилизаторы. Окрас светло-голубой, льдистый. На корпусе виднелся рельефный рисунок — шестилучевая снежинка с остро заточенными краями. Герб клана Строгановых — Владык Холода. Я неосознанно покосился на стоящих рядом солдат, на груди каждого похожий символ, только с небольшим изменением: снежинка нанесена поверх изображения правильного многогранника — знака Обители Стужи. Словно почувствовав взгляд начальства воины щелкнули каблуками и взяли на караул. Стоящая за моим левым плечом Ласка едва слышно хмыкнула. Она сегодня тоже при полном параде. Вместо заурядной одежды обычного гражданского (такой незаметной и неприметной, то что надо для наемной убийцы), мой вассал щеголял в настоящей форме. Строгие брюки, высокие сапоги, мундир со стоячим воротничком. Все белое, без лишних украшений. На голове вместо привычного хвостика, аккуратная укладка светлых волос. Прямо образец придворного офицера. Между тем преграда окончательно исчезла, давая гостю дорогу. Воздухолет медленно поплыл вперед, осторожно втискиваясь в образовавшийся проем. — Хорошая машинка, — задумчиво обронила Ласка шепотом и мечтательно промурлыкала: — Подбивать такую из ПЗРК, наверно, одно удовольствие. Ну да, кто о чем, а

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пустяк, достойный исключительно мимолетного упоминания в СМИ.

Так думал я, и скорее всего так думали остальные сидящие за столиками. Некоторые и вовсе воспринимали выступление активистки в качестве бесплатного представления.

А затем стало слишком поздно.

Когда охранники бросились к переодетой официантке, та повела себя нестандартно. В подобной ситуации подобные ей старались продолжить протест. Поэтому бежали и продолжали орать, что они там до этого орали, пытаясь как можно дольше не попадать в руки бодигардов.

А тут нет, осталась стоять, только узкая рука скользнула вниз, задирая подол греческого хитона.

Что сразу вызвало настороженность. Краем глаза я отметил нетипичное поведение и напрягся. Сработали инстинкты буквально вопя: что-то не так!

Разум еще не успел толком понять, что конкретно неправильно, а в дело уже вступили боевые рефлексы.

Мне удалось выиграть буквально пару секунд. Я толком не знал, что конкретно произойдет, но понимал, что ничего хорошего, а потому был готов.

Сидящая напротив Полина не отставала, она тоже почуяла угрозу где-то на глубинном уровне и не собиралась сидеть сложа руки.

Все произошло мгновенно.

Девка выхватила из-под полы одеяний ремешок не слишком большого размера — у меня внутри возопило — вот оно! — крутанула его вокруг ладони и вскинула над головой.

Надо отдать ей должное, действовала она очень быстро, сужая спектр противодействия до пары вариантов благоприятных сценариев.

Проще говоря, у нас оставался невеликий выбор: либо бежать, либо уйти в глухую оборону, предотвратить или заблокировать атаку уже не оставалось возможности.

То, что атака произойдет подсказывало чутье. И это будет не безобидная хлопушка.

Взрыв.

Я рухнул в боевую ипостась буквально за мгновение до детонации. Восприятие многократно ускорилось, вокруг тела заструилась призванная энергия.

В центре зала расцвел багрово-красный бутон, расцвеченный пепельно-оранжевыми всполохами. Время замедлило бег, шар огня медленно растекался по просторному помещению, толкая перед собой россыпь мелких осколков, почти невидимых на фоне густого пламени.

Полина гибкой кошкой выскочила из-за стола, вскидывая перед собой руку в отстраняющем жесте. Вокруг тонкой ладони взвихрилась сила зарождающегося заклятья.

Все происходило, как в замедленной сьемке.

Я не стал церемониться и просто отшвырнул стол в сторону. Воздух загустел, напоминая вязкую патоку.

Окажись на нашем месте кто-то другой и, вполне возможно, ситуация закончилась бы по-другому. Миг сомнений, миг колебаний, миг промедлений — грозили смертью.

Но мы те, кто мы есть, и действовали соответственно. В ход пошли отточенные в многочисленных боях рефлексы. Ни я, ни Полина не думали, как поступить, что совершенно правильно, иначе обязательно бы погибли.