Мысль о крыше пришла так неожиданно, что она направилась сюда, не теряя ни минуты. И почему только она не вспомнила о ней раньше!
Впервые Хельга отыскала это место, когда ей было девять. Оливер с родителями на две недели уехал к тете в Богемию, и Хельга осталась одна. Матиас редко звал ее играть со своей компанией, поэтому Хельге приходилось искать способы развлечь себя самой.
Она решила исследовать дом, в котором жила, и вскоре, обшарив все закоулки, добралась до чердака. Выглянув в небольшое окошко, Хельга и обнаружила прелестное убежище, откуда открывался приятный вид на улицы города. Когда Оливер вернулся, она привела его сюда, и площадка стала их секретом; здесь они прятались от всего мира. Конечно, Матиас скоро узнал о находке, но поначалу мало ею заинтересовался. А вот лет в шестнадцать он понял, что вид ночной Праги производит впечатление на девушек – их он менял чаще, чем носки. Целых два года понадобилось Хельге, чтобы отвоевать назад это волшебное место.
Что-то мягкое и теплое коснулось руки Хельги, не на шутку испугав ее. Сердце на несколько секунд застыло, а потом забилось вдвое быстрее. Благодаря лекарствам и отсутствию тренировок Хельга чувствовала себя неплохо, но иногда боль все же напоминала о себе.
Толстый серый кот госпожи Фучик замурлыкал и снова ткнулся головой в ладонь Хельги.
– А, Моцарт. – Она почесала его за ухом. – Давненько я тебя не видела.
Кот мяукнул, словно соглашаясь с ней. Водя пальцами по пушистой шерсти, Хельга размышляла о том, что кот, как и все лучшее в жизни, всегда появляется незаметно, когда его совершенно не ждешь. Моцарт запрыгнул к ней на колени, свернулся клубочком и закрыл глаза.
Старая оконная рама позади тихо скрипнула и открылась. Кто-то перебрался через нее и спрыгнул на доски.
– Матиас, со мной все хорошо, – не оглядываясь, произнесла Хельга. – Просто не могла уснуть.
Парадные двери дома, где жила семья Хельги, закрывались на кодовый замок, поэтому не было причин опасаться кого-то чужого. Квартира на первом этаже продавалась и пока пустовала; на втором этаже жила госпожа Фучик, которой вряд ли понадобится взбираться сюда в половине четвертого утра. Родители ничего не знали об этом убежище, так что прийти мог только Матиас. Но ответа не последовало.
Несколько мягких шагов, и рядом появился… Оливер. Он снял рюкзак, бросил его на доски и уселся сверху. Наверное, Хельге стоило удивиться, но почему-то ничего даже отдаленно похожего на удивление она не ощутила. Вместо этого пришла тихая радость: с ним все в порядке, он снова рядом. Увы, продлилась она недолго, сменившись обидой и раздражением.
– Ты очень сердишься на меня? – осторожно спросил Оливер.
Хельга молча поглаживала кота.
– Понятно. – Он вздохнул.






