ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Как-то случилось мне встречаться на Юниконе с двумя чудесными авторами, и был разговор на тему, нужна ли любовная линия, и был рассказ, где любовная линия была, ведь все любят котиков. После первого р... Юся и эльф Карина Демина Часть 1. Все любят котиков — Все любят котиков! — заявила Грета с той непоколебимой уверенностью, которая, как правило, знаменовала начало новой авантюры. — Ты только представь… Я закрыла глаза, вознеся молитвы всем богам сразу, что, правда, никогда не помогало, должно быть, в силу того, что молитвы мои не имели должного материального подкрепления. И ныне небеса остались глухи. Во всяком случае, Грета не замолчала. А чудовищного вида конструкция, прикрытая пледиком — моим, между прочим, пледиком, всего-то месяц, как купленным, — не исчезла. — …нам всего-то надо… Гретин звонкий голосок мешал сосредоточиться… нет, не на конструкции, которая, как я чувствовала, доставит мне немало проблем в ближайшем, а тако же отдаленном будущем. На пледике. На моем пушистом пледике из собачьей шерсти… я три месяца копила на него! Три растреклятых месяца откладывала монетку за монеткой, отказывая себе буквально во всем! И скопила. А что скопить не удалось, сторговала… и Грета знает, что в тот день я вернулась, осипшая от ругани, но счастливая, как никогда прежде… это же мой подарок! Себе подарок. На двадцать пятый день рожденья, который мы, между прочим, праздновали! — Ты… — я сумела разжать зубы и коснуться драгоценного пледа. Розового. В незабудки… теперь, правда, поверх незабудок расплывались жирные пятна. — Ты его… — я всхлипнула, и Герда замолчала. Она посмотрела на меня с удивлением. Перевела взгляд на плед… и снова на меня… и на плед… — П-прости, — сказала она, чистосердечно краснея. — Я… не подумала. Увлеклась немного… Увлекалась она постоянно, и как правило, эти увлечения не приносили ничего, помимо проблем. Взять хотя бы того эльфа, чье сердце Грета вз

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Память о возлюбленной… и тогда та женщина солгала, что ребенок тоже умер.

— А ты…

— Она отдала меня бабушке. Не твоей. Твоя чудо, и если бы я мог любить, я бы искренне ее любил, — Ниар провел по лицу кончиками пальцев. — Меня увезли. Обо мне заботились, ибо благородное семейство не может позволить себе подлости пусть и в отношении того, кто самим фактом своего существования оскорбляет это семейство. Каждое мгновенье своей жизни я ощущал, насколько лишний там… было время, когда я старался, скажем так, соответствовать. Не получалось. И теперь я понимаю, что не получилось бы, что бы я ни делал.

И демоны бывают молодыми.

Глупыми.

Они совершают ошибки. Например, верят людям.

— Мне исполнилось пятнадцать, когда мне позволили жить одному. Как позволили… мне купили дом и определили содержание, достаточное, чтобы я не испытывал нужды. Мне сказали, что от меня ждут лишь поведения, которое не оскорбило бы память о моей матери. Мне многое о ней рассказывали, но и помнил я не меньше, — его палец уперся в висок. — Память — еще то проклятье. От нее не избавиться, не отвернуться. Она есть и с тобой, каждую минуту, каждый вдох… они говорили о любви, а я помнил лишь ее ненависть и то острое желание, чтобы я сдох, чтобы дал ей свободу.

— Мне… жаль. Наверное.

Я плохо умею сочувствовать, а еще хуже — выражать сочувствие. И руки Эля на моих плечах ощущаются тяжестью мира, того, чужого, который, верно, не примет нас, как не примет и наших детей. Те ведь тоже будут далеко не чистой крови.

И дети их детей.

Ниар кивнул.

— Он нашел меня. Я думаю, он не поверил той женщине… я знаю, что он наказал ее.

— Как?

— Она ведь умерла. И никто точно не знает, как, — его взгляд был прямым. — Ты ведь даже не пыталась выяснить.

Я пожала плечами.

Все некроманты рано или поздно умирают. Профессия такая, к долгой жизни не располагающая. Может, оттого и не стремилась я достичь в ней хоть каких-то высот? Жизнь я люблю. И жить хочу. Но как оно повернется…

— Она стала одной из первых, на ком он испытал свое зелье. Точнее, не совсем и свое… это был старый проект, начатый далеким его предком, который, собственно, и начал все это, — Ниар откинулся в кресле. — Я не знаю, сколько правды в том, что мне рассказали, но… когда-то давно молодой и самоуверенный некромант, полагавший себя центром вселенной, случайно узнал, что его наставник готовится к вечной жизни. А для того, чтобы процесс прошел, скажем так, наименее безболезненно, он заключит сделку с демоном. И частью ее станет тот самый молодой некромант. Он ведь силен и самоуверен, и распущен, ибо сила и самоуверенность во многом тому способствуют… как понимаешь, желания ложиться на алтарь у него не возникло.