Он не может перестать хвастаться, что оставляет мне в наследство на два королевства больше, нежели ему оставил отец. Правда, одно из них Руина. Уж этим-то точно хвастаться не стоит.
— Если только ты не поклонник не взошедших посевов и серых небес.
— Я спрашивал, можно ли мне посетить Руину, взглянуть на шахты, но... — Каз пожал плечами. — Может быть там все еще слишком опасно.
— Там определенно слишком опасно.
— Казимир? КАЗИМИР!
Каз обернулся на звук голоса матери, доносившийся из замка. Она выскочила во внутренний дворик библиотеки на втором этаже, и юбки ее светло-голубого платья со свистом рассыпались вокруг лодыжек. Она уперла руки в бока.
— Ее заметили, она появилась на дороге, — крикнула она.
У него упало сердце.
— Хорошо.
— Ты можешь хотя бы притвориться взволнованным?
— Я просто горю от волнения и предвкушения. На самом деле я едва сдерживаюсь. — Он сверкнул широкой фальшивой улыбкой. — Ну как?
Гало закашлялся, пряча смешок. Королева раздраженно вздохнула и зашла обратно в замок.
— Я лучше пойду, — сказал он, хватая свой меч и вручая его Гало. Подобрав камзол с земли, стряхнул он с него грязь.
— Удачи, — сказал Гало, а потом нахмурился. — Разве это уместно говорить в такой ситуации?
Каз пожал плечом. Не так уж много можно было сказать человеку, который направлялся на встречу с женщиной, на которой ему было приказано жениться. Возможно, лучше всего было бы пожелать постараться сделать так, чтобы принца не вырвало.
Он натянуто улыбнулся Гало и запрыгал вверх по ступенькам, хватаясь за ручку высокой деревянной двери. Он распахнул ее и остановился, чтобы глаза привыкли к тусклому освещению в столовой для прислуги. Слева от него, пятясь, вышел из кухни мальчик, из-за спины которого доносились звон кастрюль и крики. Он держал поднос с пирожными и резко остановился, увидев принца.
Каз кивнул мальчику и прошел мимо него через дальнюю дверь в коридор. Справа от него из широких окон струился солнечный свет, а стены в этом коридоре были почти розовыми в полуденном свете. Позже они будут отливать алым. Все коридоры были выкрашены в разные цвета, и когда он завернул за угол, то увидел двух служанок, расставлявших букеты желтых цветов вдоль ярко-зеленых стен.
Когда он вошел в фойе, то почувствовал, что замок гудит от активных действий прислуги. Перила лестницы вдоль уставлены цветами, слуга наматывал на перила голубую ленту. Воздух был полон предвкушения и волнения, все готовились к прибытию принцессы. От вида этих преисполненных радостью лиц страх в его груди стал только сильнее.
Мать с отцом стояли перед входом в парадный зал. Он остановился рядом с ними.
— Ты весь грязный, — сказала мать, забирая у него камзол. Она принялась колотить по нему рукой, пытаясь выбить прилипшую грязь.






