ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Когда часть воспоминаний вернулась к Кайле, девушка начинает задумываться, а может ли она по-прежнему верить тем, кому привыкла доверять. Например, Бену. Она любила его всем сердцем и готова была н... Разрушенная Тери Терри © Самуйлов С., перевод на русский язык, 2018 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2018 Синие глаза Эйдена полны тепла и заботы. – Ты уверена, что справишься с этим, Кайла? – Да, конечно, справлюсь. И мне кажется, ты не должен меня так больше называть. – Было бы легче, если б ты решила, какое новое имя выбрать. Я ничего не говорю, потому что оно у меня уже есть, но я пока не хочу им делиться. Не уверена, что оно ему понравится. – Заходи, как будто ты там хозяйка, и никто не посмотрит на тебя дважды. Там все анонимно. – Ладно. – Лучше иди, пока кто-нибудь еще не появился. Еще лордеры? Я открываю дверцу автомобиля, выхожу. Холодный серый январский день. Достаточно холодно, чтобы замотать голову шарфом, скрывая лицо, которое скоро изменится. Расправляю плечи, иду к двери. Она открывается, и я захожу внутрь. Глаза у меня расширяются, а ноги почти подгибаются, но тут я вспоминаю: заходи, как будто ты хозяйка. Этого яркого места с огромными плюшевыми креслами, тихой музыкой и улыбающейся медсестрой? В углу незаметный охранник. Женщина, несколько мгновений назад вышедшая из фургона лордеров, расположилась в кресле с бокалом вина в руке. Улыбаясь, приближается медсестра. – Добро пожаловать. Вы знаете свой номер? – 7162. – Называю номер, который заранее сообщил мне Эйден. Нечего и говорить, что имени лучше вообще не называть; я совсем не уверена, что хочу быть узнанной другими людьми. Только не после того, как побывала Зачищенной. Не после «Лево» на запястье с моим выгравированным номером, выставляющим меня на всеобщее обозрение как преступницу. Его больше нет; видимых примет не осталось, только шрамы. Медсестра смотрит на планш

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чуть позже мне велят лечь на стол, похожий на кресла в зале ожидания: он подается, меняет форму и охватывает тело. Я испытываю панические позывы к сопротивлению: не так ли было, когда меня делали Зачищенной? Тогда у меня не оставалось выбора – я видела фотографию из файла. Лордеры со своим хирургом украли мои воспоминания и вживили в мозг чип, который убил бы меня в случае удаления «Лево». Здесь не то. Здесь только волосы. И это мой выбор: я не обязана так поступать.

Тихая музыка. Все нечетко и расплывчато, и мои глаза начинают закрываться.

Только волосы… но именно сквозь волосы скользили пальцы Бена, когда он целовал меня.

С тех пор как лордеры забрали его и стерли память, Бен больше не знает, кто я. Но что, если он борется, сопротивляется тому, что лордеры с ним сделали, и начинает вспоминать? Начинает догадываться, почему я – его девушка из сна? Что тогда? Он никогда не найдет меня, если я буду выглядеть иначе.

Я сглатываю, стараюсь выговорить слова, сказать им, чтобы остановились, что я передумала.

Бен…

Лица всплывают, тают и исчезают.

Мы бежим. Бок о бок, в ночи, но длинные ноги Бена касаются земли реже, чем мои. Идет дождь, но нам все равно. Теперь вверх по темному холму; он вырывается вперед; узкая тропинка упирается в скалу, по которой струится вода. Скоро мы промокаем до нитки и покрываемся грязью. Он смеется, забравшись на вершину, и поднимает руки к небу, а дождь хлещет все сильнее.

– Бен! – Я забираюсь к нему, обхватываю руками и тащу под дерево, потом прячусь в его теплые объятия.

Но что-то не так.

– Бен? – Я слегка отстраняюсь, смотрю в знакомые глаза – карие, похожие на горячий шоколад, пронизанные теплыми искорками. Озадаченные. – Что такое?

Он трясет головой, отталкивает меня.

– Я не понимаю.

– Чего?

– Мне казалось, я тебя знаю, но это не так. Или я ошибаюсь?

– Это я! Я… – Мой голос прерывается. Внутри паника, я подбираю имя, не любое, а МОЕ. Действительно, кто я?

Бен качает головой, идет прочь. Бежит по тропинке и исчезает.

Я прислоняюсь к дереву. Что теперь? Бежать за ним, чтобы он снова отверг меня? Или пойти своим путем, в одиночестве?

Небо озаряется вспышкой: яркая молния слепит глаза, выхватывая из тьмы деревья и струи дождя. Не успевает вернуться тьма, как оглушительный удар грома дрожью отдается в моих костях.

Пока какая-то часть меня корчится от боли из-за ухода Бена, мозг выдает: опасно стоять под деревом в такую грозу.

Но кто же я на самом деле? Я не знаю, каким путем идти, пока не найду ответа на этот вопрос.

– Удивительно. Ты удивительный.

– Что ж, согласен. Я такой. – Ди-Джей улыбается. – И эта технология, – он касается очков, – неизвестна в Британии, по крайней мере пока. Поэтому их ношение не вызовет никаких подозрений.

Он вертит мое кресло, и мы снова оказываемся лицом к лицу.

– Итак.